anillarionov | «За пряник мы стали рабами». Признания офицера ФСБ

Дмитрий Волчек

Хорошо известны яркие истории перебежчиков из советских и российских спецслужб, многие слышали о судьбе капитана КГБ Виктора Орехова, тайно предупреждавшего диссидентов о готовящихся арестах и обысках. Но перед нами случай исключительный: действующий офицер ФСБ обратился к Радио Свобода с предложением рассказать о том, как он следит за инакомыслящими. По словам нашего собеседника, он давно заподозрил, что работает "системе", укрепляющей тоталитарную структуру общества, но окончательно ему раскрыла глаза знаменитая книга Ханны Арендт "Истоки тоталитаризма". Мы не можем обнародовать его имя, но он предоставил достаточно доказательств, исключающих сомнения в том, что он работает в ФСБ и знает, как функционирует "система" Лубянки.

Я своей работой укрепляю тоталитарную тайную структуру в обществе
– Почему вы пошли работать в ФСБ и когда начали понимать, что делаете что-то не так? Что именно вам открыла книга Арендт?
– Сначала эйфория была, все дико нравилось, был запал. Я долго не понимал, что и зачем мы делаем. Какая-то борьба с несистемной оппозицией, иеговистами, фашистами и антифашистами... А позже понял, что цель этой возни – сохранение власти и борьба с инакомыслием. Когда прозреваешь, начинает тошнить. Книга Арендт открыла мне, что я своей работой укрепляю тоталитарную тайную структуру в обществе, которая является фундаментом режима.

Растет племя стукачей
– Почему вы решили рассказать нам о своей работе?
– Потому что считаю, что страна катится в совок в худшем виде. И многие добросовестно заблуждаются, что все будет хорошо. Как вы думаете, сколько сейчас добровольных помощников-стукачей на патриотической основе? Знаю, что многие из них ездили в Крым в 2014–2015 годах "отдохнуть". Кто-то дважды. И эти же лица получали открепительные удостоверения для голосования. Когда я слушаю молодых людей, рассказывающих добровольно-инициативно о своих друзьях, меня тошнит. За какой-то пряник они стали рабами и заражают этим свое окружение. И с ними будут жить мои дети, и всё пойдет по кругу. Вот о чем должен задуматься каждый.

С иеговистами это не работает, система ломает зубы об них
– Стукачей становится больше? Какого рода сигналы вы обычно получаете и часто ли берете их в разработку?
– Растет это племя. Сосед, участковый, старший по дому, на работе, в вузе и т. д. Это отдаленно похоже на сетевой маркетинг, со своими особенностями. Например, кому-то создаются проблемы (в бизнесе, бандиты, коррупция, начальство, уголовная ответственность личная или близких, поступление в вуз и прочее), тот бежит к "надежному другу", и уже тот приводит его к нам, человек думает, ну это один раз, и всё... Для кого-то это благо, включается социальный лифт для него и близких, но при этом кто-то из его окружения обязательно едет вниз. Круговая порука, таков закон сохранения энергии. С иеговистами это не работает, система ломает зубы об них.

– Иеговистами вы стали заниматься недавно, после запрета, или и прежде интересовались? Понятно ли вам, зачем их преследует государство?
– Давно, задолго до запрета. Всех их давно посчитали, личности установлены. Официальная версия – это тоталитарная секта экстремистов. По факту – это люди, которые в силу веры не подвержены пропаганде, не идут на вербовку. Система видит в них угрозу, так как они организованы и независимы, когда-нибудь могут и за власть побороться, а руководство у них в США. Борются с ними только потому, что они потенциально угрожают власти, а вовсе не из-за того, что они отказываются от переливания крови.

РПЦ – это почти наш филиал
– А за священниками РПЦ не следите?
– РПЦ – это почти наш филиал, они там сами с собой разбираются. Назначение на крупные посты согласуется.

Цинизм и лицемерие – это про нас
– Вот эта история – о том, как спецслужбы сфабриковали, а потом "разоблачили" оппозиционную группу "Новое величие" – правдиво описана? Часто приходится заниматься такого рода фабрикациями?
– Cвидетели обвинения из нашей системы. Мне лично в таком участвовать не доводилось. А Центр "Э" – это филиал ФСБ, или, правильнее сказать, одно из щупалец.

– Есть ли среди ваших коллег убежденные путинисты, которые искренне борются с происками "врагов России", или все циники, работающие только ради денег?
– Убежденных не знаю, цинизм и лицемерие – это про моих коллег. В случае критики Путина все сделают удивленные лица, воспримут как проверку и доложат начальству.

Слушаем, смотрим, читаем, документируем
– Легко ли удается внедрить агентов в оппозиционные группировки? Можете дать совет: как вычислить вашего человека?
– Проблемы только временные: подобрать нужную кандидатуру, соответствующую требованиям. Нет одного признака, чтобы выявить нашего человека. Но если кто-то, вам не знакомый, располагает личной информацией о вас (хобби, знание языков, дача и т. п.) – это повод задуматься.

– Вы прослушиваете телефоны, читаете почту, следите за постами и перепиской в соцсетях… Что посоветуете делать тем, за кем вы следите?
– Слушаем, смотрим, читаем, документируем. Техника и возможности сейчас хорошие. Ограничений нет практически, что касается территории России. Рекомендую всем не пользоваться ВК, не регистрироваться на оппозиционных сайтах, использовать Tor <использование этого браузера запрещено в России с 2017 года>.

– По всей стране репрессируют молодых волонтеров Навального – школьников и студентов. Какие инструкции у вас на их счет?
– Официальная версия – предупреждение массовых беспорядков и профилактика административных правонарушений. С протестной молодежью работаем через МВД и родителей. Кстати, уголовная ответственность за побои в семье отменена.

Каждый отдел борется со своим врагом и преувеличивает угрозу
– Меняются ли установки? Скажем, сегодня объявляют главной целью иеговистов, а завтра – навальнистов?
– У системы всегда есть враг. Сегодня один, позже другой или оба одновременно. Каждый отдел борется со своим врагом и преувеличивает угрозу. Слышал от коллег, что под Ройзмана крепко копали, и бабулю, что убили в 2014 году, ему специально направили. Думали только 159-ю статью УК сделать, а вот какая удача улыбнулась.

– Такая история: сотрудники ФСБ на Кубани используют отделы полиции в качестве "секретных тюрем". Правда?
– Административный арест и продление – обычная практика. Про пытки током, наверное, не врут.

– Вы противодействуете оппозиции или выявляете потенциально нелояльных?
– Я работаю с людьми, по которым поступают сигналы. Нелояльные – открытые оппозиционеры. Проблема с выявлением потенциальных. Вот скоро пройдет выборка по итогам голосования по ТИКам, где были нехорошие результаты, и начнется неспешная работа. Конечно, не с каждым человеком. Главное найти связь, если она есть: работа, секта и прочее. Не верится? Сам бы не поверил, если бы не знал.

– Какие у вас впечатления о потенциале недовольства режимом?
– По-моему, потенциала нет.

– Какое мнение у вас о деле Скрипаля? И что говорят ваши коллеги?
– Вся история системы – это борьба с врагами, внутри и снаружи: от Михоэлса до Литвиненко. А коллеги говорят: "Это не мы, но так будет с каждым предателем".

– Вы предсказываете отключение интернета. Это ваша гипотеза или у вас на службе считают, что это неизбежность?
– Это догадка. Вот Клименко это недавно заявил, и в Китае свой интернет. Я не технический специалист.

Я бы хотел, чтобы все наши "разведчики" поняли, что они обыкновенные стукачи, а наша страна без пяти минут Северная Корея
– Сколько вы зарабатываете? За какие достижения дают премии? Легко ли сделать карьеру?
– На зарплату не жалуюсь, хотя до Сечина далеко. С нуля лейтенант будет получать от 60 тысяч рублей, старший – от 90, начальники выше. Есть надбавки за выслугу лет, звание и т. п. Премию вот за подобное "Новое величие" в конце года могут дать. Карьерный рост возможен со временем; главное, чтобы начальнику не показалось, что его подсиживают, и не прыгать через голову. Многие просто ждут: кто-то уходит на пенсию, и вот повышение.

– Какие отделы считаются самыми перспективными для служебного роста?
– Считается, что хорошо работать по линии контрольной службы, там более широкие возможности и знакомства по линии экономики.

– Разрешают ли вам выезжать за границу?
– Нет, но служебные командировки в исключительных случаях возможны.

– Скажем, если жена или кто-то из близких родственников захочет поехать в отпуск в Египет или Таиланд, это нужно согласовывать?
– Конечно.

– Наверное, начальство рекомендует или принуждает отдыхать в Крыму?
– Прямо нет, лишь бы на территории РФ.

– Встречали ли вы среди своих коллег таких же диссидентов? Бывает ли, что на службе или в неформальной обстановке кто-то высказывает сомнения в правильности того, что вы делаете?
– Не встречал. Если такое случается, это проверка. Оба пойдут и доложат.

– Слышали историю майора ФСБ Александра Игнатьева, который зверски убил свою жену, вырезал ей глаза, а потом зарезал четырехмесячную дочь? Есть версия, что он сошел с ума из-за неприятностей на работе. Действительно у вас в "системе" такой стресс?
– Конечно, слышал. Он сгорел на работе, слишком много читал доносов, в своей раковине замкнулся, и вот печальный результат. Видно, совсем поговорить не с кем было. От этой работы у нас всех темные и хмурые лица, помогает лицемерие и своего рода двоемыслие. Я бы хотел, чтобы все наши "разведчики" поняли, что они обыкновенные стукачи, а наша страна без пяти минут Северная Корея. Единственный истинный враг России – это система спецслужб, ставшая государством.

Хронология от редакции: В 2014 году Павел Дуров был вынужден продать свою долю акций "ВКонтакте" после требований ФСБ раскрыть данные организаторов групп сторонников Евромайдана. В 2015 году Владимир Путин подписал закон о пенсионном обеспечении лиц, сотрудничающих с правоохранительными органами на контрактной основе. 21 октября 2016 майор ФСБ Игнатьев убил ножом жену, зарезал ребенка, а потом попытался покончить с собой. Суд освободил его от уголовной ответственности, признав невменяемым. В апреле 2017 года была запрещена деятельность Свидетелей Иеговы. В июле 2017 года был принят закон о запрете анонимайзеров, VPN-сервисов и браузера Tor, которым советует пользоваться наш собеседник. 4 марта 2018 года в Солсбери были отравлены бывший сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия. Великобритания и другие страны обвинили в этом преступлении Россию, Москва отрицает свою причастность. О сотрудничестве РПЦ со спецслужбами мы рассказывали в январе 2018 года в статье "Епископы на службе Лубянки", написанной на основе документов, рассекреченных на Украине.
https://www.svoboda.org/a/29172866.html