Каха Бендукидзе о реформах в Украине – 6
Jan. 6th, 2015 06:10 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
anillarionov08.10.2014 «Если бы Украина решила: черт с ним, с Донбассом, – это была бы большая ошибка»
14.11.2014 «Или вы уберетесь в доме, или Украины не станет» – последнее интервью Кахи Бендукидзе
8 октября 2014 г. «Если бы Украина решила: черт с ним, с Донбассом, – это была бы большая ошибка»
Татьяна Орел
Грузинский реформатор, экс-министр экономики Грузии Каха Бендукидзе в эксклюзивном интервью изданию "ГОРДОН" рассказал, почему не считает для себя возможным стать министром экономики Украины, и какие реформы нужно провести украинскому правительству. Каха Бендукидзе занимал пост министра экономики Грузии в один из самых сложных, но и самых, пожалуй, интересных периодов развития страны – с 2004-го по 2007-й. Сразу после "революции роз" правительство Грузии во главе с Саакашвили взялось за государственные реформы: конституционную, административную, налоговую, пенсионную, образовательную и другие. За это время Грузия достигла двузначного экономического роста и со 137-го места в рейтинге Всемирного банка по легкости ведения бизнеса взлетела на 11-е, опередив Германию и Францию. Считая, что между Грузией и Украиной много общего, в том числе и единый враг – Россия, Бендукидзе не раз давал советы украинскому правительству, нередко критикуя министров и парламент за медлительность и нерешительность. "Ваш парламент просто безумный! За последние месяцы успел напринимать законы, которые увеличивают и без того раздутый и невыполнимый бюджет", – сказал он в одном из интервью. Бендукидзе считает, что в правительстве нужны люди, которые "не боятся резать": "Главное, что человек видит проблему и не мусолит ее сто лет, а берет – "чик-чик" и решает". Надеюсь, предстоящие парламентские выборы в Украине завершат политический цикл, и тогда можно будет ожидать серьезных реформ".
– В апреле этого года вы сказали: "Украина установила несколько мировых рекордов по идиотизму", оценивая тем самым действия украинского правительства. Прошло полгода, правительство сменилось. А изменения, по-вашему, есть?
– В Украине идет война, и понятно, что ситуация теперь совершенно иная, очень тяжелая ситуация. Причиной тому – российская агрессия. Я надеюсь, что предстоящие парламентские выборы в Украине завершат политический цикл, и тогда можно будет ожидать серьезных реформ.
– Вы считаете, в Украине удастся избрать качественно иной парламент? В предвыборных списках сегодня встречаются знакомые имена людей, близких к Януковичу…
– Мне кажется, украинский народ очень значимо проявил себя во время Майдана, и если он так же поведет себя во время выборов, новый парламент сможет сформировать правительство, которое будет реформировать Украину. В Украине есть очень много людей, способных менять страну к лучшему
– Если бы вам предложили пост министра экономики в украинском правительстве, согласились бы?
– Дело не в том, как звучит должность, а в реальном объеме того, что нужно и что можно сделать. Главное – это то, какие реформы будут проходить в стране. Считается, что министерство экономики отвечает именно за экономику, но это поверхностное представление. За нее отвечает все правительство в целом, а министерство экономики – это только небольшая его часть. В Украине, кстати, функции его гораздо уже, чем у Министерства экономии Грузии и соответствующих ведомств во многих других странах. Что касается министерской должности… Думаю, в Украине есть очень много людей, способных менять страну к лучшему – из числа 40 с лишним миллионов всегда можно найти правильных людей.
– Какие реформы вы рекомендовали бы провести в Украине в первую очередь?
– Налоговое реформирование, сокращение государственных расходов и дерегулирование. Без этого Украина просто не выживет.
– Как вы считаете, закон об особом статусе части территорий Донецкой и Луганской областей – это политическая ошибка или единственно возможное решение в сегодняшней ситуации?
– В тех условиях, когда российские войска вошли вглубь украинской территории на десятки километров, всем понятно, что это война. А если война, значит, там, в любом случае, необходим особый режим. Думаю, это правильное решение. Во время моих публичных лекций мне часто задают вопрос: означает ли закон об особом статусе оккупированных территорий фактический отказ Украины от них? Но раз там по-прежнему идут бои, значит, это не так. Вот если бы Украина решила: мол, черт с ним, с Донбассом, – это была бы большая ошибка.
http://gordonua.com/print/publications/Bendukidze-Esli-by-Ukraina-reshila-chert-s-nim-s-Donbassom-eto-byla-by-bolshaya-oshibka-45246.html
14 ноября 2014 г. «Или вы уберетесь в доме, или Украины не станет» – последнее интервью Кахи Бендукидзе
Идеолог грузинских реформ – о том, как Грузия и Украина заставят Россию вернуть захваченные территории и что должны немедленно сделать украинцы, чтобы сохранить государство
- Что общего в реформаторском пути Украины и Грузии?
- В таком тяжелом состоянии грузинская экономика не была в 2004 году, когда мы начинали реформы. Она была в гораздо лучшем состоянии. Да, проблем было много. И Украина имеет все те же проблемы, но и дополнительные специфические свои. Поэтому я хочу пожелать только скорейшего начала реформ. Иначе Украины не станет.
Общим моментом в реформаторском пути Украины и Грузии можно считать тот факт, что и мы, и вы были в состоянии агрессии со стороны России. Это наше самое большое общее. Эта агрессия имеет очень характерные черты. И эти черты, изначально грузинские, повторяются сейчас в Украине.
Возьмем, к примеру, зеленых человечков в Крыму. Когда они появились, я сразу вспомнил, что в 2008 году, когда начиналась эскалация ситуации в Южной Осетии, там тоже была так называемая третья сила – непонятные какие-то люди, которые непонятно, в кого стреляли, кого-то ранили. При этом стреляли в русских – в часть так называемого миротворческого контингента. Очень много в этом смысле сходств прослеживается. И не объявленная война, которая по факту является войной реальной, ведущейся всеми средствами. Это наша общая беда. И Украина, и Грузия в состоянии агрессии со стороны России. Это наше самое большое общее. Эта агрессия имеет очень характерные черты. От нее избавиться можно только вместе. Вместе не в том смысле, что мы вдвоем возьмемся за руки и будем от них отстреливаться, а в том, что это требует очень значительных изменений в мировой политике. И эти изменения должны быть только такими, которые приведут к тому, что Россия изменится изнутри. И откажется от захваченных территорий.
Но и Украина должна измениться. А реформ нет. И имплементацию соглашения о ЗСТ Украина-ЕС отложили до 2015-го. Что по сути может означать годовой мораторий на проведение реформ. Нет, реформы надо проводить сейчас. Реформы нужно проводить не из-за того, что подписали какое-то там соглашение. А из-за того, что Украина, ее экономическая, политическая и социальная среда требуют их. Это неизбежность. Можно провести аналогию: это все равно, что вы дома у себя будете убирать не потому, что надо убраться, а потому, что вы с соседом подписали договор об уборке. Наверное, правильнее убирать потому, что нужно убраться. Давно пора убраться… Украине нужны реформы не потому, что у вас, у украинцев, якобы неимоверная любовь к реформам, и вы просто спите и видите, как бы какую-нибудь новую реформу провести. А потому, что это жизненная необходимость. Это нужно сделать, чтобы Украина существовала как государство, чтобы она смогла развиваться.
- Но чем чревата отсрочка? Будет ли сложнее начать через год?
- Еще раз говорю – реформы нужно начинать сейчас. Сразу. А по-хорошему еще 20 лет назад. В целом, чем раньше начнутся реформы, тем лучше, это понятно. Другое дело то, что было отстрочено соглашение – это в огромной степени заслуга негативного влияния России. Россия себя повела не только грубо, но и непоследовательно. Сначала она согласилась, участвовала в этих трехсторонних переговорах, а потом стала жестко требовать чего-то. Хотя никакого экономического смысла для России во всем этом нет. Это, скорее, желание показать, кто в доме хозяин. К сожалению, конечно, европейская власть не всегда на высоте в вопросе отпора России.
В одном из недавних интервью вы заявили, что украинские власти вместо реальных реформ – создают видимость их проведения. Что же будет, если над ними не будут тяготеть реформаторские обязательства перед ЕС?
Я сказал немного не так. Имелась в виду не видимость реформ, а их недостаточное количество. Мало реформ проводится. Мало. По большому счету, Украина сделала всего 1/10 часть того, что нужно сделать. В том числе, была объявлена налоговая реформа, которая, как мне кажется, должна быть еще более радикальной, и, конечно, сделан большой шаг, но опять-таки половинчатый, в части регулирующих и проверяющих органов. Всего этого крайне недостаточно. Украине нужно очень жестко сокращать расходы государственного бюджета. Без этого просто не выжить стране. Нужно привести в соответствие аппетиты государства и реальные возможности общества платить налоги. Нужно жестко убирать вездесущие руки бюрократии, которые чудовищно размножились, особенно за последние пять лет в Украине. Только после этого мы можем говорить о том, что страна может перейти к позитивному движению, развитию. О том, что экономический спад будет прекращен. И о том, что страна готова к активной интеграции в европейское экономическое пространство и мировое.
- То есть вы верите, что реформы таки будут?
- Будут, будут. Обязательно. Другого способа нет. Страна не выживет по-другому. Реформы сейчас не вопрос идеологии или красоты, или того, как бы сделать получше. Это залог существования. В первую очередь Украине необходимы сокращение расходов бюджета, ликвидация чудовищно избыточного регулирования, налоговая реформа
- Какие реформы нужны Украине прямо сейчас?
- Что касается гармонизации законодательства с европейскими требованиями, то это может подождать до 2015 года. И даже еще больше. Нужно понимать, что этот процесс сам по себе длительный. И тут даже важно не торопиться, а делать все не спеша, но правильно. Потому, что нет единых европейских правил. Они во всех странах разные и надо выбирать самое лучшее, что есть в Европе. А что касается сокращения расходов бюджета, касается ликвидации чудовищно избыточного регулирования, налоговой реформы – это то, что необходимо в самую первую очередь. Страна такого уровня экономического развития, как Украина, должна тратить четверть или максимум треть своего ВВП на государство. Иными словами, доля государственного бюджета в ВВП страны должна составлять его четвертую часть. В этом случае есть шанс, что страна будет развиваться хорошо.
Вообще, все страны, которые развивались очень хорошо, очень активно, в течение многих лет показывали высокий рост, имели на долю госбюджета даже меньше 20% ВВП. Некоторые из них, уже даже будучи уже очень развитыми, даже сегодня имеют меньше 20% на долю госбюджета. А Украине тратит уже больше 50%. Это в два раза выше нормы. Более того, на это нет средств. Одно дело, когда бюджет занимает 50% ВВП, но на это есть средства, но в вашем случае их попросту нет. В стране огромный дефицит бюджета, который ничем не может быть нормально покрыт. Поэтому от этого надо избавляться в первую очередь.
http://nvua.net/publications/ili-vy-uberetes-v-dome-ili-ukrainy-ne-stanet-kaha-bendukidze-15474.html
http://www.szona.org/poslednee-intervyu-kahi-bendukidze/
14.11.2014 «Или вы уберетесь в доме, или Украины не станет» – последнее интервью Кахи Бендукидзе
8 октября 2014 г. «Если бы Украина решила: черт с ним, с Донбассом, – это была бы большая ошибка»
Татьяна Орел
Грузинский реформатор, экс-министр экономики Грузии Каха Бендукидзе в эксклюзивном интервью изданию "ГОРДОН" рассказал, почему не считает для себя возможным стать министром экономики Украины, и какие реформы нужно провести украинскому правительству. Каха Бендукидзе занимал пост министра экономики Грузии в один из самых сложных, но и самых, пожалуй, интересных периодов развития страны – с 2004-го по 2007-й. Сразу после "революции роз" правительство Грузии во главе с Саакашвили взялось за государственные реформы: конституционную, административную, налоговую, пенсионную, образовательную и другие. За это время Грузия достигла двузначного экономического роста и со 137-го места в рейтинге Всемирного банка по легкости ведения бизнеса взлетела на 11-е, опередив Германию и Францию. Считая, что между Грузией и Украиной много общего, в том числе и единый враг – Россия, Бендукидзе не раз давал советы украинскому правительству, нередко критикуя министров и парламент за медлительность и нерешительность. "Ваш парламент просто безумный! За последние месяцы успел напринимать законы, которые увеличивают и без того раздутый и невыполнимый бюджет", – сказал он в одном из интервью. Бендукидзе считает, что в правительстве нужны люди, которые "не боятся резать": "Главное, что человек видит проблему и не мусолит ее сто лет, а берет – "чик-чик" и решает". Надеюсь, предстоящие парламентские выборы в Украине завершат политический цикл, и тогда можно будет ожидать серьезных реформ".
– В апреле этого года вы сказали: "Украина установила несколько мировых рекордов по идиотизму", оценивая тем самым действия украинского правительства. Прошло полгода, правительство сменилось. А изменения, по-вашему, есть?
– В Украине идет война, и понятно, что ситуация теперь совершенно иная, очень тяжелая ситуация. Причиной тому – российская агрессия. Я надеюсь, что предстоящие парламентские выборы в Украине завершат политический цикл, и тогда можно будет ожидать серьезных реформ.
– Вы считаете, в Украине удастся избрать качественно иной парламент? В предвыборных списках сегодня встречаются знакомые имена людей, близких к Януковичу…
– Мне кажется, украинский народ очень значимо проявил себя во время Майдана, и если он так же поведет себя во время выборов, новый парламент сможет сформировать правительство, которое будет реформировать Украину. В Украине есть очень много людей, способных менять страну к лучшему
– Если бы вам предложили пост министра экономики в украинском правительстве, согласились бы?
– Дело не в том, как звучит должность, а в реальном объеме того, что нужно и что можно сделать. Главное – это то, какие реформы будут проходить в стране. Считается, что министерство экономики отвечает именно за экономику, но это поверхностное представление. За нее отвечает все правительство в целом, а министерство экономики – это только небольшая его часть. В Украине, кстати, функции его гораздо уже, чем у Министерства экономии Грузии и соответствующих ведомств во многих других странах. Что касается министерской должности… Думаю, в Украине есть очень много людей, способных менять страну к лучшему – из числа 40 с лишним миллионов всегда можно найти правильных людей.
– Какие реформы вы рекомендовали бы провести в Украине в первую очередь?
– Налоговое реформирование, сокращение государственных расходов и дерегулирование. Без этого Украина просто не выживет.
– Как вы считаете, закон об особом статусе части территорий Донецкой и Луганской областей – это политическая ошибка или единственно возможное решение в сегодняшней ситуации?
– В тех условиях, когда российские войска вошли вглубь украинской территории на десятки километров, всем понятно, что это война. А если война, значит, там, в любом случае, необходим особый режим. Думаю, это правильное решение. Во время моих публичных лекций мне часто задают вопрос: означает ли закон об особом статусе оккупированных территорий фактический отказ Украины от них? Но раз там по-прежнему идут бои, значит, это не так. Вот если бы Украина решила: мол, черт с ним, с Донбассом, – это была бы большая ошибка.
http://gordonua.com/print/publications/Bendukidze-Esli-by-Ukraina-reshila-chert-s-nim-s-Donbassom-eto-byla-by-bolshaya-oshibka-45246.html
14 ноября 2014 г. «Или вы уберетесь в доме, или Украины не станет» – последнее интервью Кахи Бендукидзе
Идеолог грузинских реформ – о том, как Грузия и Украина заставят Россию вернуть захваченные территории и что должны немедленно сделать украинцы, чтобы сохранить государство
- Что общего в реформаторском пути Украины и Грузии?
- В таком тяжелом состоянии грузинская экономика не была в 2004 году, когда мы начинали реформы. Она была в гораздо лучшем состоянии. Да, проблем было много. И Украина имеет все те же проблемы, но и дополнительные специфические свои. Поэтому я хочу пожелать только скорейшего начала реформ. Иначе Украины не станет.
Общим моментом в реформаторском пути Украины и Грузии можно считать тот факт, что и мы, и вы были в состоянии агрессии со стороны России. Это наше самое большое общее. Эта агрессия имеет очень характерные черты. И эти черты, изначально грузинские, повторяются сейчас в Украине.
Возьмем, к примеру, зеленых человечков в Крыму. Когда они появились, я сразу вспомнил, что в 2008 году, когда начиналась эскалация ситуации в Южной Осетии, там тоже была так называемая третья сила – непонятные какие-то люди, которые непонятно, в кого стреляли, кого-то ранили. При этом стреляли в русских – в часть так называемого миротворческого контингента. Очень много в этом смысле сходств прослеживается. И не объявленная война, которая по факту является войной реальной, ведущейся всеми средствами. Это наша общая беда. И Украина, и Грузия в состоянии агрессии со стороны России. Это наше самое большое общее. Эта агрессия имеет очень характерные черты. От нее избавиться можно только вместе. Вместе не в том смысле, что мы вдвоем возьмемся за руки и будем от них отстреливаться, а в том, что это требует очень значительных изменений в мировой политике. И эти изменения должны быть только такими, которые приведут к тому, что Россия изменится изнутри. И откажется от захваченных территорий.
Но и Украина должна измениться. А реформ нет. И имплементацию соглашения о ЗСТ Украина-ЕС отложили до 2015-го. Что по сути может означать годовой мораторий на проведение реформ. Нет, реформы надо проводить сейчас. Реформы нужно проводить не из-за того, что подписали какое-то там соглашение. А из-за того, что Украина, ее экономическая, политическая и социальная среда требуют их. Это неизбежность. Можно провести аналогию: это все равно, что вы дома у себя будете убирать не потому, что надо убраться, а потому, что вы с соседом подписали договор об уборке. Наверное, правильнее убирать потому, что нужно убраться. Давно пора убраться… Украине нужны реформы не потому, что у вас, у украинцев, якобы неимоверная любовь к реформам, и вы просто спите и видите, как бы какую-нибудь новую реформу провести. А потому, что это жизненная необходимость. Это нужно сделать, чтобы Украина существовала как государство, чтобы она смогла развиваться.
- Но чем чревата отсрочка? Будет ли сложнее начать через год?
- Еще раз говорю – реформы нужно начинать сейчас. Сразу. А по-хорошему еще 20 лет назад. В целом, чем раньше начнутся реформы, тем лучше, это понятно. Другое дело то, что было отстрочено соглашение – это в огромной степени заслуга негативного влияния России. Россия себя повела не только грубо, но и непоследовательно. Сначала она согласилась, участвовала в этих трехсторонних переговорах, а потом стала жестко требовать чего-то. Хотя никакого экономического смысла для России во всем этом нет. Это, скорее, желание показать, кто в доме хозяин. К сожалению, конечно, европейская власть не всегда на высоте в вопросе отпора России.
В одном из недавних интервью вы заявили, что украинские власти вместо реальных реформ – создают видимость их проведения. Что же будет, если над ними не будут тяготеть реформаторские обязательства перед ЕС?
Я сказал немного не так. Имелась в виду не видимость реформ, а их недостаточное количество. Мало реформ проводится. Мало. По большому счету, Украина сделала всего 1/10 часть того, что нужно сделать. В том числе, была объявлена налоговая реформа, которая, как мне кажется, должна быть еще более радикальной, и, конечно, сделан большой шаг, но опять-таки половинчатый, в части регулирующих и проверяющих органов. Всего этого крайне недостаточно. Украине нужно очень жестко сокращать расходы государственного бюджета. Без этого просто не выжить стране. Нужно привести в соответствие аппетиты государства и реальные возможности общества платить налоги. Нужно жестко убирать вездесущие руки бюрократии, которые чудовищно размножились, особенно за последние пять лет в Украине. Только после этого мы можем говорить о том, что страна может перейти к позитивному движению, развитию. О том, что экономический спад будет прекращен. И о том, что страна готова к активной интеграции в европейское экономическое пространство и мировое.
- То есть вы верите, что реформы таки будут?
- Будут, будут. Обязательно. Другого способа нет. Страна не выживет по-другому. Реформы сейчас не вопрос идеологии или красоты, или того, как бы сделать получше. Это залог существования. В первую очередь Украине необходимы сокращение расходов бюджета, ликвидация чудовищно избыточного регулирования, налоговая реформа
- Какие реформы нужны Украине прямо сейчас?
- Что касается гармонизации законодательства с европейскими требованиями, то это может подождать до 2015 года. И даже еще больше. Нужно понимать, что этот процесс сам по себе длительный. И тут даже важно не торопиться, а делать все не спеша, но правильно. Потому, что нет единых европейских правил. Они во всех странах разные и надо выбирать самое лучшее, что есть в Европе. А что касается сокращения расходов бюджета, касается ликвидации чудовищно избыточного регулирования, налоговой реформы – это то, что необходимо в самую первую очередь. Страна такого уровня экономического развития, как Украина, должна тратить четверть или максимум треть своего ВВП на государство. Иными словами, доля государственного бюджета в ВВП страны должна составлять его четвертую часть. В этом случае есть шанс, что страна будет развиваться хорошо.
Вообще, все страны, которые развивались очень хорошо, очень активно, в течение многих лет показывали высокий рост, имели на долю госбюджета даже меньше 20% ВВП. Некоторые из них, уже даже будучи уже очень развитыми, даже сегодня имеют меньше 20% на долю госбюджета. А Украине тратит уже больше 50%. Это в два раза выше нормы. Более того, на это нет средств. Одно дело, когда бюджет занимает 50% ВВП, но на это есть средства, но в вашем случае их попросту нет. В стране огромный дефицит бюджета, который ничем не может быть нормально покрыт. Поэтому от этого надо избавляться в первую очередь.
http://nvua.net/publications/ili-vy-uberetes-v-dome-ili-ukrainy-ne-stanet-kaha-bendukidze-15474.html
http://www.szona.org/poslednee-intervyu-kahi-bendukidze/
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2015-01-06 05:53 am (UTC)Мрак какой-то...
спасибо
Date: 2015-01-06 08:24 pm (UTC)побоялся помочь? Бендукидзе нет больше
Date: 2015-01-07 02:37 am (UTC)- Я бы не оказался советником Януковича. Виктор Федорович как-то обращался ко мне с вопросами и предложениями. Я отказался.
(из Екс-радник Путіна Андрій Ілларіонов: Путін вважає, що частина України має належати Росії
Сергій Лещенко, УП _ Четвер, 10 жовтня 2013, 16:05)
Как-то мутно все это звучит про ЭЛЕМЕНТАРНЫЕ РЕФОРМЫЫ как звучало и в 2013 и сейчас тоже.
Азиаты всегда почему-то уверены, что 'другие' не секут их вранья. Другие просто в покер лучше играют
Re: спасибо
Date: 2015-01-07 02:05 pm (UTC)looks like you are right about default - either now or in summer
Date: 2015-01-07 03:40 am (UTC)International Monetary Fund representatives are scheduled to arrive in Kiev this week to review Ukraine’s steps to cut the budget deficit before releasing further funds from a $17 billion loan package, Prime Minister Arseniy Yatsenyuk said on Dec. 30. Two tranches of the aid, due last year, have been delayed as the country took a month to form a coalition government after Oct. 26 elections, and another month to pass its 2015 budget.
“Ukraine needs a completely re-designed IMF program” and “consideration of private-sector involvement in a new program is expected,” Nicolaie Alexandru-Chidesciuc, a JPMorgan Chase & Co. economist in London, wrote in a report to clients dated yesterday. “Principal haircuts may be needed eventually.”
Debt restructuring “isn’t currently a subject of talks,” Deputy Finance Minister Ihor Umanskyi told reporters in Kiev on Dec. 25. The ministry had no further comment on the issue until the IMF’s visit to Ukraine finishes at the end of January, spokeswoman Tetyana Babych said yesterday by phone.
The economy will shrink another 6 percent this year and the country will need an extra $15 billion to $20 billion of funding on top of the existing bailout programs to stay afloat, Moody’s said in a report on Dec. 22. It rates Ukrainian bonds at Caa3, nine levels below investment grade, with a negative outlook.
‘Exceedingly High’
“The government faces roughly $10 billion in foreign-currency debt service” in 2015 and “it is not clear whether new credit from the IMF, the European Union and other official lenders will be sufficient to cover these maturities,” Moody’s analysts Kristin Lindow in New York and Alpona Banerji in London wrote in the note. “The risk of default is exceedingly high.”
It costs $4.55 million in advance and $500,000 annually to insure $10 million of Ukraine’s debt for five years with credit-default swaps, implying a 75 percent probability of a default in the period, according to CMA data. The swaps cost the most after Venezuela among 46 nations worldwide tracked by Bloomberg.
Diplomats from Moscow and Kiev met in Berlin yesterday to try to end a conflict in Ukraine’s industrial heartland that has killed 4,700 people and displaced more than 1 million, according to the United Nations. The Ukrainian military said the same day that rebels attacked government troops with tanks and artillery as Russia keeps supplying them with men and weapons.
Donor Conference
The country’s debt burden ballooned last year as GDP shrank and the hryvnia depreciated 48 percent against the dollar, the most among all currencies tracked by Bloomberg worldwide. The central bank’s ability to prop up the hryvnia and help the government and companies meet external liabilities is limited after its foreign reserves fell to $10 billion in November, the least since Bloomberg began tracking the data in January 2005.
Ukraine has $14 billion of principal and interest payments coming due this year on foreign and domestic debt and $10.2 billion of liabilities in 2016, according to data compiled by Bloomberg. The $2.6 billion of July 2017 bonds fell to record 57.5 cents today by 4:34 p.m. in Kiev, compared with 69 cents for the $500 million of notes maturing in September this year.
Ukraine seeks to hold a donor conference to help it raise extra funds needed to avert default, Yatsenyuk said on Dec. 11.
“I expect some debt exercise sooner rather than later because nobody is really willing to finance the country and we have big maturities in 2015 and 2016,” LBB’s Roehmeyer said.
To contact the reporter on this story: Krystof Chamonikolas in Prague at kchamonikola@bloomberg.net
also Atlantic Council thinks Putin is aiming for pro-Russian parliament in 2016
Date: 2015-01-07 03:42 am (UTC)That will help improve the chances for Russia to play a “new elections” card in the fight over Donbas. There is precedent for this: In 2007, new elections were a way out of the deadlocked power struggle between then-President Viktor Yushchenko and parliament. Snap elections last year created the way out of the impasse following the departure of President Viktor Yanukovych. The Kremlin knows that the West is almost certain to jump at the prospect of new elections (and that it will accordingly pressure Kyiv) as a way to try settling the Donbas conflict and presumably return it to Ukraine’s control (albeit within a more decentralized, if not federalized, system of Ukrainian governance).
Russia may play the card late this year by stirring the pot of Ukrainian resentment against the government of President Petro Poroshenko and Prime Minister Arseniy Yatsenyuk. (Moscow will be helped in this, ironically, by the economic recession created largely by the official looting of Ukraine by Yanukovych, and by the Kremlin’s war on Donbas). The official rhetoric of the Kremlin and its proxies will be about empowering eastern Ukraine to ensure its representation in government, and about bringing an end to the war. But the Kremlin’s real goal will be to secure a more Russia-friendly parliament for Ukraine than the one now in power. Politics, like gambling, is about timing. You truly have to “know when to hold ‘em, [and] know when to fold ‘em.” The Kremlin simply folded on 2014’s election but is planning to “double down” on elections in 2016. The idea of new parliamentary elections for Ukraine is not very exciting right now, but it does reduce the chance of Donbas becoming a permanent “frozen conflict” from 85 percent (see prediction one, above) to potentially 25 percent. Thus, the chance of snap parliamentary elections in 2016 is 45 percent.
no subject
Date: 2015-01-07 10:05 pm (UTC)no subject
Date: 2015-01-08 12:47 pm (UTC)Віктор Пинзеник: Відкладати ці рішення не можна навіть
Date: 2015-01-09 10:33 am (UTC)Віктор Пинзеник: Шановний Валентине Вікторовичу! Сьогодні немає сенсу говорити про щось, не вирішивши головного - здатності держави фінансувати видатки. Ця здатність втрачена у зв'язку з величезним боргом (більше 1 трлн. станом на 1 грудня 2014 року) та неусунутою причиною боргу - дефіцитом бюджету. За минулий рік я оцінюю його у 210 млрд.грн. За законом про держбюджет на 2015 рік він становитиме близько 200 млрд. грн. І найперше, що має бути зроблено негайно, - прийняти чесний, професійний бюджет, що припинить життя у борг, і кожна гривня видатків якого буде забезпечена доходами. Відкладати ці рішення не можна навіть до лютого. Це треба робити негайно.
http://pynzenyk.com.ua/Appeals/detail.php?ID=22255