С.Медведев. Соблазн геополитики
Oct. 8th, 2014 08:33 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
anillarionovОтвет Владимиру Пастухову
Вот уже несколько лет, как я с неизменным удовольствием читаю тексты профессора Оксфорда Владимира Пастухова и делюсь ими в Сети: ему дан дар широкого анализа, одновременно исторической интроспекции и политической эрудиции. Его статьи порой пугают безжалостными прогнозами, но неизменно точны и глубоки. Поэтому когда я прочел очередную статью под названием «Осадная ошибка» («Новая газета» №109 от 29 сентября 2014), то поначалу не поверил собственным глазам: отдельные фразы словно вышли из мастерской Сергея Глазьева или Михаила Делягина: «исторический вызов Запада», «Украина — солнечное сплетение национальных интересов России», «украинский блицкриг Запада». На какое-то время я подумал, что произошло что-то вроде «май аккаунт уоз хэкд», но более тщательное знакомство с текстом не оставило сомнений в авторстве оксфордского профессора: тот же ход мысли, те же четкие формулировки.
Мне кажется, проблема в том, что профессор Пастухов случайно забрел туда, куда приличному человеку ходить не стоит, — в шатер бродячего шапито под названием «геополитика». Там скачут по кругу лошади, летают гимнасты и подвизаются разного рода фокусники. Сто лет назад, во времена Рудольфа Челлена и Фридриха Ратцеля, геополитика обладала определенной интеллектуальной свежестью, но в последние полвека изрядно заплесневела и была отправлена западной политической наукой в дальний угол чулана как один из изводов теории политического реализма, удел ветеранов холодной войны типа Збигнева Бжезинского или Джона Миршаймера, статья которого в июльском номере Foreign Affairs про то, как Запад «упустил» Россию, была с восторгом принята отечественными экспертами.
В постсоветской России с ее девственной политической мыслью геополитика, напротив, стала царицей наук, прибежищем провинциальных преподавателей марксизма, философов от инфантерии и просто шарлатанов, прикрывающих дефицит гуманитарного знания обманчиво стройной теорией, похожей на милую российскому сердцу конспирологию, и красивыми словами «Евразия», «хартленд», «Хаусхофер», «атлантическая цивилизация». Геополитика в России заменила правящему классу критический взгляд на внешний мир, предлагая вместо него мессианские мифы и симулякры типа «национальных интересов» и «борьбы за ресурсы». Геополитика в российском исполнении предполагает, что мир состоит из унитарных государств, обладающих «интересами» и политической волей и живущих в дарвиновской борьбе за ресурсы. Это мировоззрение хорошо описал Владимир Набоков в «Даре» на примере эмигрантского «пикейного жилета» полковника Щеголева.
Не существует никакого «Запада», никакой «России» и «Америки» и никаких абстрактных «национальных интересов», а есть интересы Путина, Сечина и «Роснефти», Ковальчуков и Ротенбергов, Бортникова и ФСБ, СВР, Кэмерона, Обамы, Ротшильдов, Пентагона, НАТО, Порошенко, Ахметова, «Сименса», «Шелл», отдельно взятых еврокомиссаров — т.е. сложная многоуровневая конфигурация разнонаправленных стратегий, институтов, бюрократий, корыстных умыслов и фатальных ошибок, и нету таких точек, в которых происходит агрегация интересов.
И точно так же нет никакой извечной конкуренции за «российские ресурсы», это Россия себе льстит, а есть банальный интерес, чтобы наша страна, подобно саудовцам, исправно качала нефть, покупала у Запада памперсы и автомобили и не лезла за кордон со своими порядками (а дома у себя пусть хоть экзорцизм с Трулльским собором разводит, Западу уже давно безразлично состояние демократии и прав человека в России). И когда одна взбесившаяся бензоколонка вдруг начинает шуметь, что ее обидели, и приставать со своей обидой к окружающим, ее попросту изолируют из пожарных и санитарных соображений.
Геополитика в современной России является, в сущности, идеологией, оправдывающей имперские амбиции и приоритет государства над человеком в якобы извечном противостоянии России и Запада в борьбе за ресурсы, и Пастухов в своей статье эту химеру с множеством оговорок воспроизводит. Но все его посылы — сплошь идеологемы, а не аксиомы: и про опасность подключения Украины к экономике Евросоюза через выполнение экономических положений Ассоциации, и про угрозу сближения Украины с НАТО (а уж про размещение баз НАТО в Украине говорили только в Кремле, в реальности до начала российско-украинской войны никто об этом и не заикался) — все это скорее плоды российской паранойи под названием «нас окружают», чем реальные угрозы, плод рациональной оценки рисков и выгод. В итоге, как известно, побежав впереди собственного страха, Москва сама способствовала реализации всех этих сценариев: аннексировав Крым и начав войну с Украиной, она толкнула Украину в объятия ЕС и НАТО, отторгла и антагонизировала некогда братский народ. Никакого «украинского блицкрига Запада», о котором пишет Пастухов, не было; была лишь военно-политическая истерика Кремля по поводу возможного краха интеграционного проекта Евразийского союза. В итоге Россия сама себе выстрелила в ногу, а Западу осталось лишь изумленно наблюдать за происходящим и ломать голову, что делать с неожиданно упавшей в его руки Украиной. Все это — итог неправильной оценки «национальных интересов» России и ложного представления о том, что они состоят в борьбе с Западом за Украину на геополитическом пространстве Евразии.
Дело в том, что никакого «исторического вызова Запада», о котором говорит Пастухов, нет. Есть вызов глобализации и постиндустриального общества, перед которым одновременно стоят и Запад, и Россия. России предлагалось играть по общим правилам после 1991 года, пусть не в качестве лидера глобального мира, но в качестве регионального игрока. За 20 с лишним лет была отстроена уникальная архитектура взаимовыгодного сотрудничества, в которой российские ресурсы обменивались на западные инвестиции, технологии и институты, в России было создано вестернизованное потребительское общество, она, по выражению Дэна Тризмана, превратилась в «нормальную страну». К нулевым годам, забросив идею демократического транзита, Запад дал Путину лицензию на поддержание внутренней стабильности. При этом никто не обещал России места в решении глобальных вопросов только на основании ее былых заслуг и побед: сегодня такое место гарантируется только глубокими структурными преобразованиями и построением конкурентоспособной экономики и ответственной внешней политики — как в Китае.
…14 с лишним лет назад, в далеком и несбыточном 2000 году, в преддверии своих первых выборов, молодой и прогрессивный царь Владимир, отвечая на вопрос доверенных лиц, в чем заключается национальная идея в России, ответил коротко — «в конкурентоспособности». С тех пор много воды утекло, а теперь еще и крови, но если нам принять такое определение национальных интересов, то все в России встанет с головы на ноги. Окажется, что национальные интересы заключаются в инвестициях и технологиях, в укреплении человеческого капитала, в доступном образовании и здравоохранении, в работающих институтах, в свободе слова и собраний, в конкурентных и честных выборах, наконец. Именно с этими лозунгами выходила на улицу так называемая «либеральная оппозиция», на которую обрушивает свой гнев Владимир Пастухов, и именно она является сегодня проводником подлинных, а не фальшивых, национальных интересов России.
И наоборот, те, кто совершает акты агрессии против соседнего государства, развязывает грязную войну у себя под боком, посылает на бойню российских солдат и пытается скрыть это преступление, рушат всю систему связей с Западом, от режима контроля над вооружениями до инвестиционных и финансовых инструментов, те, кто ставит Россию в положение международного изгоя, подрывают саму возможность экономического роста и модернизации, переводят деньги из Пенсионного фонда и Фонда национального благосостояния, предлагают отменить материнский капитал — все ради того, чтобы финансировать сомнительные инфраструктурные проекты, выгодные членам кооператива «Озеро», и покрыть их убытки от западных санкций («закон Ротенбергов») — именно они и подрывают национальные интересы России и заслуживают названия национал-предателей.
В конце своей статьи Владимир Пастухов, вполне в духе времени, разражается филиппикой в адрес «лихих 90-х» «с их поддержанной Западом варварской приватизацией, с развалом экономики и государственно-правовых институтов, криминализацией общественной и государственной жизни, разгромом систем образования и здравоохранения. <…> все вышеперечисленное было сделано под лозунгом строительства демократии и свободного рынка». Ирония ситуации в том, что сегодня в России происходит все то же самое — варварское рейдерство и передел собственности, развал правовых институтов, от суда до выборов, окончательный разгром систем образования, здравоохранения и ЖКХ, вплоть до полного демонтажа советского социального государства — так что гнев автора было бы гораздо уместнее обратить не против ельцинских девяностых, а против путинских десятых.
Авторский рецепт по выходу из ситуации тоже, по-моему, в корне неверен: «либеральная оппозиция должна предложить свою программу национальной мобилизации». Мне кажется, необходимо ровно противоположное: нужна программа национальной демобилизации, снижение градуса ненависти и модуса противостояния с Западом. Большая война кончилась, надо строить свой дом и растить своих детей, а не посылать их на бойню. Предстоит множество малых войн — с террористами, наркотиками, нелегальной миграцией, бедностью, лихорадкой Эбола — и в этих войнах Запад наш союзник. Надо просто отнять дискурс «национальных интересов» у параноиков и шарлатанов, запретив им на законодательном уровне заниматься геополитикой как лженаукой.
Тем более что сам Владимир Пастухов, как мне кажется, понимает, что геополитика сегодня — это иллюзия, цирковое представление для легковерных. Иначе не написал бы следующий пассаж: «Путин не великий инквизитор, а великий имитатор, который создает иллюзию исторической жизни в зацветшем болоте. Он проводит спиритические сеансы, взывая к духам умерших эпох (причем всех сразу — Московии, Империи и СССР), в надежде получить помощь из загробного исторического мира. Но духи прошлого не умеют делать микрочипы, необходимые для современного оружия».
И здесь автор безнадежно прав. В исторической перспективе Сталин проигрывает микрочипу, а «Тополь» — айфону, сколько бы ни писать магические названия ракет на майках.
Сергей МЕДВЕДЕВ,
историк, политолог
http://www.novayagazeta.ru/comments/65537.html
Вот уже несколько лет, как я с неизменным удовольствием читаю тексты профессора Оксфорда Владимира Пастухова и делюсь ими в Сети: ему дан дар широкого анализа, одновременно исторической интроспекции и политической эрудиции. Его статьи порой пугают безжалостными прогнозами, но неизменно точны и глубоки. Поэтому когда я прочел очередную статью под названием «Осадная ошибка» («Новая газета» №109 от 29 сентября 2014), то поначалу не поверил собственным глазам: отдельные фразы словно вышли из мастерской Сергея Глазьева или Михаила Делягина: «исторический вызов Запада», «Украина — солнечное сплетение национальных интересов России», «украинский блицкриг Запада». На какое-то время я подумал, что произошло что-то вроде «май аккаунт уоз хэкд», но более тщательное знакомство с текстом не оставило сомнений в авторстве оксфордского профессора: тот же ход мысли, те же четкие формулировки.
Мне кажется, проблема в том, что профессор Пастухов случайно забрел туда, куда приличному человеку ходить не стоит, — в шатер бродячего шапито под названием «геополитика». Там скачут по кругу лошади, летают гимнасты и подвизаются разного рода фокусники. Сто лет назад, во времена Рудольфа Челлена и Фридриха Ратцеля, геополитика обладала определенной интеллектуальной свежестью, но в последние полвека изрядно заплесневела и была отправлена западной политической наукой в дальний угол чулана как один из изводов теории политического реализма, удел ветеранов холодной войны типа Збигнева Бжезинского или Джона Миршаймера, статья которого в июльском номере Foreign Affairs про то, как Запад «упустил» Россию, была с восторгом принята отечественными экспертами.
В постсоветской России с ее девственной политической мыслью геополитика, напротив, стала царицей наук, прибежищем провинциальных преподавателей марксизма, философов от инфантерии и просто шарлатанов, прикрывающих дефицит гуманитарного знания обманчиво стройной теорией, похожей на милую российскому сердцу конспирологию, и красивыми словами «Евразия», «хартленд», «Хаусхофер», «атлантическая цивилизация». Геополитика в России заменила правящему классу критический взгляд на внешний мир, предлагая вместо него мессианские мифы и симулякры типа «национальных интересов» и «борьбы за ресурсы». Геополитика в российском исполнении предполагает, что мир состоит из унитарных государств, обладающих «интересами» и политической волей и живущих в дарвиновской борьбе за ресурсы. Это мировоззрение хорошо описал Владимир Набоков в «Даре» на примере эмигрантского «пикейного жилета» полковника Щеголева.
Не существует никакого «Запада», никакой «России» и «Америки» и никаких абстрактных «национальных интересов», а есть интересы Путина, Сечина и «Роснефти», Ковальчуков и Ротенбергов, Бортникова и ФСБ, СВР, Кэмерона, Обамы, Ротшильдов, Пентагона, НАТО, Порошенко, Ахметова, «Сименса», «Шелл», отдельно взятых еврокомиссаров — т.е. сложная многоуровневая конфигурация разнонаправленных стратегий, институтов, бюрократий, корыстных умыслов и фатальных ошибок, и нету таких точек, в которых происходит агрегация интересов.
И точно так же нет никакой извечной конкуренции за «российские ресурсы», это Россия себе льстит, а есть банальный интерес, чтобы наша страна, подобно саудовцам, исправно качала нефть, покупала у Запада памперсы и автомобили и не лезла за кордон со своими порядками (а дома у себя пусть хоть экзорцизм с Трулльским собором разводит, Западу уже давно безразлично состояние демократии и прав человека в России). И когда одна взбесившаяся бензоколонка вдруг начинает шуметь, что ее обидели, и приставать со своей обидой к окружающим, ее попросту изолируют из пожарных и санитарных соображений.
Геополитика в современной России является, в сущности, идеологией, оправдывающей имперские амбиции и приоритет государства над человеком в якобы извечном противостоянии России и Запада в борьбе за ресурсы, и Пастухов в своей статье эту химеру с множеством оговорок воспроизводит. Но все его посылы — сплошь идеологемы, а не аксиомы: и про опасность подключения Украины к экономике Евросоюза через выполнение экономических положений Ассоциации, и про угрозу сближения Украины с НАТО (а уж про размещение баз НАТО в Украине говорили только в Кремле, в реальности до начала российско-украинской войны никто об этом и не заикался) — все это скорее плоды российской паранойи под названием «нас окружают», чем реальные угрозы, плод рациональной оценки рисков и выгод. В итоге, как известно, побежав впереди собственного страха, Москва сама способствовала реализации всех этих сценариев: аннексировав Крым и начав войну с Украиной, она толкнула Украину в объятия ЕС и НАТО, отторгла и антагонизировала некогда братский народ. Никакого «украинского блицкрига Запада», о котором пишет Пастухов, не было; была лишь военно-политическая истерика Кремля по поводу возможного краха интеграционного проекта Евразийского союза. В итоге Россия сама себе выстрелила в ногу, а Западу осталось лишь изумленно наблюдать за происходящим и ломать голову, что делать с неожиданно упавшей в его руки Украиной. Все это — итог неправильной оценки «национальных интересов» России и ложного представления о том, что они состоят в борьбе с Западом за Украину на геополитическом пространстве Евразии.
Дело в том, что никакого «исторического вызова Запада», о котором говорит Пастухов, нет. Есть вызов глобализации и постиндустриального общества, перед которым одновременно стоят и Запад, и Россия. России предлагалось играть по общим правилам после 1991 года, пусть не в качестве лидера глобального мира, но в качестве регионального игрока. За 20 с лишним лет была отстроена уникальная архитектура взаимовыгодного сотрудничества, в которой российские ресурсы обменивались на западные инвестиции, технологии и институты, в России было создано вестернизованное потребительское общество, она, по выражению Дэна Тризмана, превратилась в «нормальную страну». К нулевым годам, забросив идею демократического транзита, Запад дал Путину лицензию на поддержание внутренней стабильности. При этом никто не обещал России места в решении глобальных вопросов только на основании ее былых заслуг и побед: сегодня такое место гарантируется только глубокими структурными преобразованиями и построением конкурентоспособной экономики и ответственной внешней политики — как в Китае.
…14 с лишним лет назад, в далеком и несбыточном 2000 году, в преддверии своих первых выборов, молодой и прогрессивный царь Владимир, отвечая на вопрос доверенных лиц, в чем заключается национальная идея в России, ответил коротко — «в конкурентоспособности». С тех пор много воды утекло, а теперь еще и крови, но если нам принять такое определение национальных интересов, то все в России встанет с головы на ноги. Окажется, что национальные интересы заключаются в инвестициях и технологиях, в укреплении человеческого капитала, в доступном образовании и здравоохранении, в работающих институтах, в свободе слова и собраний, в конкурентных и честных выборах, наконец. Именно с этими лозунгами выходила на улицу так называемая «либеральная оппозиция», на которую обрушивает свой гнев Владимир Пастухов, и именно она является сегодня проводником подлинных, а не фальшивых, национальных интересов России.
И наоборот, те, кто совершает акты агрессии против соседнего государства, развязывает грязную войну у себя под боком, посылает на бойню российских солдат и пытается скрыть это преступление, рушат всю систему связей с Западом, от режима контроля над вооружениями до инвестиционных и финансовых инструментов, те, кто ставит Россию в положение международного изгоя, подрывают саму возможность экономического роста и модернизации, переводят деньги из Пенсионного фонда и Фонда национального благосостояния, предлагают отменить материнский капитал — все ради того, чтобы финансировать сомнительные инфраструктурные проекты, выгодные членам кооператива «Озеро», и покрыть их убытки от западных санкций («закон Ротенбергов») — именно они и подрывают национальные интересы России и заслуживают названия национал-предателей.
В конце своей статьи Владимир Пастухов, вполне в духе времени, разражается филиппикой в адрес «лихих 90-х» «с их поддержанной Западом варварской приватизацией, с развалом экономики и государственно-правовых институтов, криминализацией общественной и государственной жизни, разгромом систем образования и здравоохранения. <…> все вышеперечисленное было сделано под лозунгом строительства демократии и свободного рынка». Ирония ситуации в том, что сегодня в России происходит все то же самое — варварское рейдерство и передел собственности, развал правовых институтов, от суда до выборов, окончательный разгром систем образования, здравоохранения и ЖКХ, вплоть до полного демонтажа советского социального государства — так что гнев автора было бы гораздо уместнее обратить не против ельцинских девяностых, а против путинских десятых.
Авторский рецепт по выходу из ситуации тоже, по-моему, в корне неверен: «либеральная оппозиция должна предложить свою программу национальной мобилизации». Мне кажется, необходимо ровно противоположное: нужна программа национальной демобилизации, снижение градуса ненависти и модуса противостояния с Западом. Большая война кончилась, надо строить свой дом и растить своих детей, а не посылать их на бойню. Предстоит множество малых войн — с террористами, наркотиками, нелегальной миграцией, бедностью, лихорадкой Эбола — и в этих войнах Запад наш союзник. Надо просто отнять дискурс «национальных интересов» у параноиков и шарлатанов, запретив им на законодательном уровне заниматься геополитикой как лженаукой.
Тем более что сам Владимир Пастухов, как мне кажется, понимает, что геополитика сегодня — это иллюзия, цирковое представление для легковерных. Иначе не написал бы следующий пассаж: «Путин не великий инквизитор, а великий имитатор, который создает иллюзию исторической жизни в зацветшем болоте. Он проводит спиритические сеансы, взывая к духам умерших эпох (причем всех сразу — Московии, Империи и СССР), в надежде получить помощь из загробного исторического мира. Но духи прошлого не умеют делать микрочипы, необходимые для современного оружия».
И здесь автор безнадежно прав. В исторической перспективе Сталин проигрывает микрочипу, а «Тополь» — айфону, сколько бы ни писать магические названия ракет на майках.
Сергей МЕДВЕДЕВ,
историк, политолог
http://www.novayagazeta.ru/comments/65537.html
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2014-10-08 05:15 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 05:37 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-09 11:58 am (UTC)Здорово!
Date: 2014-10-08 05:37 am (UTC)"
Геополитика в современной России является, в сущности, идеологией, оправдывающей имперские амбиции и приоритет государства над человеком в якобы извечном противостоянии России и Запада в борьбе за ресурсы, и Пастухов в своей статье эту химеру с множеством оговорок воспроизводит. Но все его посылы — сплошь идеологемы, а не аксиомы: и про опасность подключения Украины к экономике Евросоюза через выполнение экономических положений Ассоциации, и про угрозу сближения Украины с НАТО (а уж про размещение баз НАТО в Украине говорили только в Кремле, в реальности до начала российско-украинской войны никто об этом и не заикался) — все это скорее плоды российской паранойи под названием «нас окружают», чем реальные угрозы, плод рациональной оценки рисков и выгод. В итоге, как известно, побежав впереди собственного страха, Москва сама способствовала реализации всех этих сценариев: аннексировав Крым и начав войну с Украиной, она толкнула Украину в объятия ЕС и НАТО, отторгла и антагонизировала некогда братский народ. Никакого «украинского блицкрига Запада», о котором пишет Пастухов, не было; была лишь военно-политическая истерика Кремля по поводу возможного краха интеграционного проекта Евразийского союза. В итоге Россия сама себе выстрелила в ногу, а Западу осталось лишь изумленно наблюдать за происходящим и ломать голову, что делать с неожиданно упавшей в его руки Украиной. Все это — итог неправильной оценки «национальных интересов» России и ложного представления о том, что они состоят в борьбе с Западом за Украину на геополитическом пространстве Евразии."
+++++!!!!! здесь каждая фраза почти шедевр!
И последнее:
"Тем более что сам Владимир Пастухов, как мне кажется, понимает, что геополитика сегодня — это иллюзия, цирковое представление для легковерных. Иначе не написал бы следующий пассаж: «Путин не великий инквизитор, а великий имитатор, который создает иллюзию исторической жизни в зацветшем болоте. Он проводит спиритические сеансы, взывая к духам умерших эпох (причем всех сразу — Московии, Империи и СССР), в надежде получить помощь из загробного исторического мира. Но духи прошлого не умеют делать микрочипы, необходимые для современного оружия».
И здесь автор безнадежно прав. В исторической перспективе Сталин проигрывает микрочипу, а «Тополь» — айфону, сколько бы ни писать магические названия ракет на майках."
!грамотно , толково , понятно , разумно ... спасибо!Очень достойный ответ , автору - респект!
no subject
Date: 2014-10-08 06:23 am (UTC)Очень странно.
Date: 2014-10-08 06:42 am (UTC)Очень странно читать про такие метаморфозы. Когда человек, которому по словам автора «дан дар широкого анализа, одновременно исторической интроспекции и политической эрудиции», вдруг превращается в обыкновенного «ватника», становится немного грустно…
Re: Очень странно.
Date: 2014-10-08 12:18 pm (UTC)Даже если он не настоящий профессор Оксфорда. Или тем более.
http://aillarionov.livejournal.com/740282.html?thread=57487546#t57487546
Re: Очень странно.
Date: 2014-10-08 12:26 pm (UTC)Re: Очень странно.
Date: 2014-10-09 12:43 pm (UTC)Re: Очень странно.
Date: 2014-10-09 06:59 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 04:15 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 05:56 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-09 07:54 pm (UTC)Еще один ключ к понимаю происходящего сегодня.
Date: 2014-10-08 07:19 am (UTC)Геббельс полагал: гораздо предпочтительнее усиливать уже существующие предубеждения и предрассудки аудитории, чем пытаться изменить чью-то точку зрения. В тех случаях, когда возникала необходимость внести определенные коррективы во взгляды немецкого народа, он применял подход «движения со скоростью конвоя — ни в коем случае не быстрее, чем самое медленное судно в караване», и постоянно повторял, каждый раз немного по-разному, ту идею, которую хотел вложить в головы публики. Поступая так, он редко пытался сообщить что-то зрителям; он демонстрировал образы и рассказывал занимательные истории из жизни обычных немцев, подталкивая слушателей к необходимому выводу, давая им, однако, возможность считать, что к такому выводу они при¬шли совершенно самостоятельно.
На протяжении 1930-х годов Гитлер, с одобрения Геббельса, не часто пытался внушить большинству немцам политические взгляды наперекор их желанию. Разумеется, его режим отличался радикализмом, но предпочитал действовать с одобрения большинства, а в отношении столь необходимой динамичности — в значительной степени полагался на инициативу снизу. В свете всего вышесказанного, логичным кажется тот факт, что, когда речь зашла о преследовании евреев, начиналось оно очень и очень осторожно. Как бы ни испепеляла Гитлера ненависть к евреям, на выборах в начале 1930-х годов эту политику он активно не проталкивал. Он не скрывал своего антисемитизма, но и он сам, и нацисты в целом сознательно акцентировали внимание на других сторонах своей политики, например на своем желании «возместить ущерб» от Версальского договора, создать рабочие места для безработных, вернуть людям чувство национальной гордости. Сразу после того, как Гитлер стал канцлером Германии, по стране прокатилась волна еврейских погромов, в значительной степени возглавляемая нацистскими штурмовиками. Кроме того, был объявлен бойкот евреям-бизнесменам (при поддержке Геббельса, ярого антисемита), но продержался он только один день. Нацистское руководство чутко следило за общественным мнением и в своей стране, и за рубежом; в частности, они вовсе не хотели, чтобы их антисемитизм привел к изоляции страны в мире. Еще два антисемитских всплеска (первый — в 1936 году, со вступлением в силу Нюрнбергских расовых законов, согласно которым евреи лишались всех гражданских прав и свобод, и второй — в 1938 году, когда в результате Kristallnacht («Хрустальной ночи») сжигали синагоги, а десятки тысяч евреев бросили в тюрьму) служат вехами в преследованиях евреев нацистами. Но в целом развитие антисемитской политики проходило постепенно, и многие евреи старались перетерпеть тяготы жизни в Германии 1930-х годов. Нацистская пропаганда, направленная против евреев, проходила со скоростью «самого медленного корабля в конвое» Геббельса (исключение тут составляют немногие фанатики вроде Юлиуса Штрейхера и его возмутительных листовок Der Sturmer). Кроме того, до самого начала войны в кинотеатрах не демонстрировали откровенно антисемитских фильмов: ни Der ewige Jude, ни Jud Suss.
Лоуренс Рис. Освенцим.
И оттуда же
Date: 2014-10-08 07:20 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 07:37 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 07:39 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 07:43 am (UTC)чёткое определение
Date: 2014-10-08 03:17 pm (UTC)Нация состоит из индивидуумов и у каждого есть свой интерес.
Объединение маленьких интересов рождает национальный интерес.
Чтобы было "чёткое" определение, надо учесть мнение каждого, а это невозможно.
После рождения нацинтереса, власть может взять его себе и может
начать использовать его, как ширму. Власть может говорить об
"национальных интересах" и может делать за ширмой свои делишки.
Происходит фальсификация нацинтереса.
Если нет "чёткого" определения, то какое есть ?
У нацинтереса договорное и защитное определение.
Сначала договариваются о нацинтересе, а потом его защищают от фальсификации.
no subject
Date: 2014-10-08 08:39 am (UTC)"Царица наук"
Date: 2014-10-08 08:50 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 09:07 am (UTC)Какое-то благодушие, как будто кремлёвские - дети малые, подурят и успокоятся.
В действительности чекисты вполне могут сделать ставку на свою конкурентоспособность в злодействах, а не в потребительских товарах.
Возможно, они решили: будем экспортировать зло, в этом мы первые, и весь мир будет наш. Почему бы не сделать ставку на мировой терроризм, как наше исконное? Мы и уже-то были много лет столицей мирового терроризма, а Путин, может быть, просто решил, что этим лишь и будем жить. И ещё непонятно, есть ли что остальному миру противопоставить такой стратегии.
no subject
Date: 2014-10-08 10:14 am (UTC)И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-08 10:39 am (UTC)Так что в отношении титула он просто самозванец.
А «советник Зорькина» – это не титул и не должность, а знак близости к власти.
http://www.sant.ox.ac.uk/people/seniors.html#VF
Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-08 04:41 pm (UTC)Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-08 06:04 pm (UTC)Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-08 06:48 pm (UTC)Для того, чтобы человек назывался профессором, он должен:
1.вести свое собственное научное исследование. Он должен быть principal investigator в этом проекте. В минимальной конфигурации этот проект может состоять из одного человека.
2.учить студентов.
При этом такой человек всегда будет на ставке университета. Если это временная позиция, то это будет associate professor, но он все равно будет на ставке университета.
В случае visiting fellow обязательна только научная исследовательская деятельность. При этом fellow может вести свой собственный научный проект. Но он необязательно должен быть на ставке университета - источники его финансирования могут быть разными. И он уж точно не имеет права учить студентов. И поэтому он уж точно не профессор.
Он может быть профессором в другом месте (и, подозреваю, так и есть в данном случае), но в Оксфорде он всего лишь fellow и не больше.
Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-09 12:48 pm (UTC)Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-09 07:56 pm (UTC)Он может представляться только профессором ВАК. И подкапываться тут не нужно.
Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-10 02:32 pm (UTC)Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-10 02:39 pm (UTC)То есть он не профессор Вышки.
И никакого другого вуза,
А уж в Яндексе от "оксфордского профессора" просто в глазах рябит.
Re: И.А.Хлестаков
Date: 2014-10-10 03:03 pm (UTC)крыминализация
Date: 2014-10-08 12:27 pm (UTC)Источник: http://censor.net.ua/n306019
Гражданский активист Павел Шехтман задержан в Москве, сообщает Каспаров.Ру. Он смог сообщить изданию, что поводом для задержания стали его публикации в социальных сетях.
http://starshinazapasa.livejournal.com/809345.html
no subject
Date: 2014-10-08 02:28 pm (UTC)Вот опять вышла книга о Гайдаре с предисловием Жванецкого. На Дожде документальный проект (финансируеи фонд Ельцина), где "либералы" (т.е. российские либералы) рассказывают, как важно было расстрелять парламент
no subject
Date: 2014-10-08 04:23 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 08:55 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-08 11:16 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-09 07:20 am (UTC)В упоминавшейся в данном блоге книге "Клептократия Путина" Карен Давиша пишет, что Марина Салье "объявила о вступлении в Парнас" в 2011. Она не пишет, что ее туда 2 раза отказались принимать. Ее письма видному критику Путина либералу Б. Немцову остались без ответа. Как же надоел мэйнстрим обсужления "плохой Путин хорошая демократия в 90-е" ну и производные от этой идеи.
no subject
Date: 2014-10-09 08:41 am (UTC)- надоело не то слово, мне все эти "круглые столы" стали вызывать устойчивую ассоциацию с пиршеством каннибалов, на котором они оживлённо обсуждают пользительные свойства различных вегетарианских диет.
no subject
Date: 2014-10-09 08:00 pm (UTC)Ну замысел то просто - Путин плохой, но все остальные еще хуже. И работают на раскрутку этого замысла все, кому не лень - от Дугина и Жириновского до Навального и Немцова.
no subject
Date: 2014-10-09 02:07 am (UTC)no subject
Date: 2014-10-09 07:57 pm (UTC)no subject
Date: 2014-10-12 12:19 pm (UTC)