Юрий Кузнецов о Rule of Law

[anillarionov]

Rule of Law: троянский конь в стане свободы

Термин rule of law довольно трудно переводится на русский язык. Один из вариантов перевода и истолкования — «верховенство права» — предполагает, что имеется некий объективный, не зависящий от людей и их законотворческой деятельности набор норм («право»), который является критерием для оценки и отбраковки всех прочих норм, включая принимаемые людьми законы. Такое понимание само по себе является просто художественным приемом, плеоназмом, который не добавляет ничего к тому пониманию «права», которого придерживаются употребляющие выражение в этом смысле. Разумеется, раз «право» — высший объективный критерий, то он и «верховенствует», так что можно перейти к конкретному содержанию этих объективных норм и критериев. Мой личный опыт свидетельствует, что последовательные сторонники подобной правовой философии при изложении своих взглядов не прибегают к словосочетанию «верховенство права» или, по крайней мере, не задерживаются на нем.

Но есть другой перевод (и, соответственно, другая трактовка) — «верховенство закона» или даже «власть закона». За этим стоит существенно иная доктрина. Русская Википедия определяет ее следующим образом: «Правовая доктрина, согласно которой никто не выше закона, все равны перед законом, и никто не может быть наказан государством иначе как за нарушение закона и в установленном законом порядке. <…> В современной философии права верховенство закона противостоит идее, что отдельные должностные лица или органы власти могут быть выше закона либо обладать чрезмерно широкими полномочиями и таким образом осуществлять произвол». Еще более лаконично это представление выражено в английской идиоме «Rule of law and not of men»: «власть закона, а не людей», т.е. и индивиды, и организации, и государство должны подчиняться закону, а не произвольным действиям отдельных людей или групп людей.

Именно в этом смысле, по моим наблюдениям, словосочетание «верховенство закона», или «власть закона», как правило, употребляется теми, кого можно назвать современным либеральным «мэйнстримом», в том числе в России. Очень близко к этой трактовке подходит популярный в последнее время среди русских оппозиционных интеллектуалов «институционалистский» дискурс. Высказывания вроде «у нас в стране дефицит институтов», «надо, в первую очередь, восстановить базовые государственные (вариант: общественные) институты, а уж затем…» и т.п., давно стали общим местом. «Институты» обычно противопоставляются «личной власти» и «прямому управлению». Мысль, стоящую за этими высказываниями, можно пересказать примерно так: можно и нужно построить некоторые организационные формы публичной жизни, которые, будучи безличными и не зависящими ни от чьего произвола, подчинят деятельность отдельных должностных лиц общим правилам. Будучи построенной, такая система отношений «установит единые правила игры» и, тем самым, обеспечит максимально возможные свободу и справедливость. Опять-таки, и свобода, и справедливость понимаются как подчинение отдельных лиц неким безличным (не исходящим ни от каких конкретных лиц) правилам. «Власть институтов», по сути, изоморфна «власти закона»; это все та же доктрина, но высказанная на другом языке.

Признаюсь, что я сам некогда не смог полностью избежать обаяния такой философии — во всяком случае, я принимал соответствующий фразеологический оборот как вполне приемлемый риторический прием. Тем не менее, даже тогда я испытывал некоторое чувство неудовлетворенности. Это было ощущение, с одной стороны, некоей мутной метафоричности, а с другой стороны, какой-то неуловимости смысла этой фразы. Я интуитивно по мере сил избегал ее употребления. Сегодня я понимаю источник своей тогдашней неудовлетворенности, и у меня есть основания для фундаментального несогласия с этой доктриной и ее аналогами.

Итак, «верховенство закона», «власть закона, а не власть людей». Первое, что может прийти в голову, если посмотреть на эти формулировки «незамыленным» взглядом, — люди, которые так говорят, верят в существование некоего нечеловеческого существа, наделенного сознанием, волей и авторитетом, чтобы править людьми. Или даже наделяют некую абстракцию, порожденную человеческим разумом («закон», «институт») свойствами человеческой личности, попросту говоря — душой. Такие верования сегодня принято называть анимизмом и приписывать диким племенам. Получается также, что институционализм описанной выше разновидности поступает еще интереснее — он наделяет душой некую совокупность людей, действующих по определенным правилам. То есть делает то, что раньше делали политические философы романтически-националистического или даже фашистского толка, только наделяет душой не нацию и не расу, а институты. Так, что ли, получается?

Но условный сторонник идеи «верховенства закона» (или «институционалист») — скорее всего современный человек и в сверхъестественные существа не верит. Он скажет, что это, разумеется, не так, что «верховенство закона» (или, соответственно, «действующие институты») — это просто удобная метафора. Править будут, конечно же, люди, но в рамках закона (или в рамках, установленных институтами) и в соответствии с требованиями закона. Но тогда возникает следующий вопрос — кто и как устанавливает закон? Ссылаться в ответе на сверхъестественных существ, напомню, нельзя. Так что придется ответить, что закон устанавливают люди. Можно, конечно, на этом шаге свести дело еще к какой-нибудь абстракции, но все равно придется признать, что закон или институты — это результат выбора и деятельности людей.

Что же получается? Оказывается, «верховенство закона» или «власть закона» — это все-таки верховенство и власть людей над людьми (к «институтам» этот вывод полностью применим mutatis mutandis). Значит, «верховенство закона» — это не «удобная», а прямо вводящая в заблуждение метафора. Она не описывает реальность путем аналогии, а навязывает представление о несуществующей реальности, внушает идею наличия разницы там, где этой разницы нет.

Сторонник «верховенства права» может сказать на это, что правление людей при «верховенстве права» не является «произвольным». Но этот аргумент опровергается и логикой, и опытом. Что касается логики, то принцип опровержения изложен выше: спрашивая раз за разом, как именно и кем именно устанавливаются границы произвола отдельного человека, осуществляющего власть, мы вынудим сторонника «верховенства права» либо признать на каком-то шаге наличие произвола, либо уйти в «дурную бесконечность».

Что же касается опыта, то любой сведущий правовед или историк права на многочисленных примерах покажет, насколько широкие возможности для произвольных действий есть у людей, осуществляющих власть судебную (толкование законов, включая конституции, а также юридических понятий и обстоятельств дела), исполнительную (издание подзаконных актов), законодательную (тут уточнения излишни). Да, сфера произвола и формы его осуществления у современных судей, президентов, министров и парламентариев иные, нежели у королей и феодалов. Но пытаться описать эти различия путем отсылки к «верховенству закона» — это значит просто затуманивать дело неуместными метафорами.

Но основной вред от идеи rule of law даже не в этом, а в том, что она отвлекает от самых существенных проблем системы права и публичной власти. Эти самые существенные проблемы лежат в сфере этики. Ключевой вопрос не в том, кто и как будет применять те или иные правила, а в том, какие правила этически правильны, оправданны, адекватны (т.е. обладают свойством, выражаемым труднопереводимым английским выражением morally justified), а какие нет. А также в том, какие правила воспринимаются обществом как этически правильные и оправданные, какие правила соответствуют господствующим в обществе мировоззрению и этике.

Проиллюстрирую свою мысль примером из текущей российской политики. Вечная, но в последние дни вновь ставшая остро актуальной российская тема — применение пыток русской полицией во всех ее разновидностях (включая тайную полицию). Думаю, подавляющее большинство читателей InLiberty принципиально считает пытки недопустимыми и согласится, что такое этическое требование объективно правильно (как бы тот или иной из нас ни понимал эту объективность). Ключевой вопрос состоит в том, является ли правильным и обоснованным это этическое требование в рамках господствующего мировоззрения наших сограждан. Более конкретно, вопросы должны быть сформулированы примерно так: (1) Считают ли наши сограждане, что существуют объективные этические требования, которые остаются в силе независимо от того, кто из людей, обладающих властью, им следует (и есть ли вообще такие люди, обладающие властью, которые им следуют), — или же наши сограждане, независимо от того, какие чувства у них вызывают пытки, все же считают, что в конечном счете сила и власть решает все? (2) Кто является высшим моральным авторитетом для наших сограждан? Не является ли для них, по сути дела, сила и власть конечным источником такого авторитета? (3) Считают ли наши сограждане пытки принципиально недопустимым способом обращения с людьми (и получения доказательств) или же допускают оправданность такого обращения в некоторых случаях? (4) Какие санкции, по их мнению, следует применять к тем, кто использует пытки? (5) Может ли сохранять власть (пусть даже частичные и ограниченные властные полномочия) человек, применяющий пытки или даже допускающий возможность их применения? Например, может ли в государственной школе работать учителем человек, одобряющий или допускающий пытки в полиции — не говоря уж о работе на полицейских должностях?

Если в рамках господствующего в нашей стране мировоззрения ответ хотя бы на один из этих вопросов этически неправилен (а этические требования в данном случае, как мы согласились, объективны), то никакое «верховенство закона» и никакие «институты» не помогут. И законы, и институты будут такими, что пытки будут практиковаться, даже если никто из чиновников не будет брать взятки и нарушать закон.

Итак, моя главная претензия к идее «верховенства закона» состоит в том, что она представляет собой подмену действительно ключевых вопросов этики другими вопросами, которые не имеют смысла, если ключевые не решены, — вопросами процедуры, распределения полномочий и т.д. Если в аду ввести разделение властей и соблюдение законности, то вряд ли он перестанет быть адом, скорее уж наоборот, станет еще более жутким местом, чем прежде.

Каков же позитив? Попробую сейчас очень схематично изложить, как именно я вижу концептуальный фундамент правовой системы свободного общества. (Сразу оговорюсь, что считаю «анархо-капитализм» внутренне противоречивой и интеллектуально несостоятельной идеей, так что правовую систему здесь рассматриваю в единстве с публичной властью независимо от того, насколько децентрализованной или распыленной является последняя, привязана она к территории или не привязана и т.п.) Собственно говоря, в ее фундаменте должны лежать ответы на следующие вопросы.

1) Кто (или что) является изначальным источником авторитета публичной власти и, соответственно, ключевых этических предписаний?

2) Кто и на каком основании получает полномочия осуществлять публичную власть (пусть даже отдельные, очень небольшие наборы властных полномочий)?

3) Каково содержание ключевых, объективных этических норм или предписаний? (Ответ на этот вопрос, по сути, определит «границы толерантности», границы допустимого в свободном обществе плюрализма.)

4) Какие санкции должны применяться при нарушении гражданами ключевых этических норм?

5) Как именно осуществляется передача властных полномочий от одних людей другим?

После того, как ответы на эти вопросы будут даны, на следующем шаге придется убедить наших сограждан принять соответствующую систему ценностей. И это не вопрос о «верховенстве закона», «институтах» и других подобных этически нейтральных вещах. Повторюсь — это вопрос о ценностях, принимаемых или отвергаемых. То есть, в конечном счете, вопрос о вере.

http://inliberty.ru/blog/ykuznetsov/3702/

Comments

[marik5.livejournal.com]

Ну уж сразу о вере. Почему этическая система не может строиться просто на желаниях, осознанных или не очень, и на рациональном отношении к желаниям других?

Регламентированный ад лучше самодурского. Потому что позволяет оставаться хоть в какой-то мере разумным существом: знать, что если сделаешь волну - нахлебаешься, если не сделаешь - будешь стоять в этом самом только по ноздри. И не получишь кочергой просто так, в профилактических целях.

Проблему пыток (обобщая - проблему "меньшей крови") автор вообще, имхо, зря привязал к проблеме регламентации. Добавлено. А! Он не видит в этом проблемы, рассматривает их только как пример кошмара в чистом виде.

Re: действительно это главное

[tilitali.livejournal.com]

+1

[tilitali.livejournal.com]

К поиску "русской идеи" подбираемся, похоже.

все несколько усложнено:)

[susel2.livejournal.com]

Очень интересный и глубокий текст, который, конечно, требует вдумчивого чтения и серьезного обдумывания.
Тем не менее, на философский вопрос, поставленный автором ("что является источником "права" или "закона") есть довольно конкретный ответ в рамках исторической науки или антропологии: первоначальным источником "права" является традиция. Традиция, понимаемая, как система установлений и обычаев, принятых в данном обществе на протяжении многих поколений и передаваемых от предков к потомкам. В этом случае изначальным источником права является, как правило, первопредок (или божество), что отнюдь не делает правовые нормы объектом религиозного поклонения, и не придает им "одушевленность".
Традиционные правовые установления, как правило, отличаются устойчивостью: мы видим это на примере традиционного права германских племен, во многом положенного в основу европейского кодифицированного права и - впоследствии - такого документа как Magna Carta, значение которого обсуждается уже много столетий.
Поскольку Россия на данный момент находится, что бы там ни говорилось по этому поводу, полностью в рамках европейской традиции (а какой еще?! Даже социализм на протяжении 70 лет этого не нарушил, ибо социализм - это чисто европейский феномен, куда ни кинь), то ни о какой "русской идее" говорить смысла, мне кажется, нет.
Так что проблема заключается только в последней фразе статьи: в том, чтобы "убедить сограждан принять соответствующую систему ценностей".
Это, конечно, титаническая задача, кто бы спорил.
Но все-таки не такая абстрактная, как автор пытался представить:)

Теория Маркса...

[igor-piterskiy.livejournal.com]

появилась в Европе, но "пролетарская революция" почему-то произошла только в России (кстати, сам Маркс не раз заявлял. что к России его теория не относится - не тот уровень развития), а "социалистическое государство" быстро приняло знакомые русские формы.

[(Anonymous)]

Автор напрасно заранее исключает религию в качестве первичного основания законов. Ничем иным нельзя надёжно обосновать базовые права человека. Например, Локк в "Двух трактатах о правлении", попросту ссылался на "Церковную политику" Гукера (книга 2 глава II). Джефферсон в "Декларации Независимости" также выводит права человека от Создателя (Творца).

Классический либерализм или либертарианство просто не могут без этого, иначе получается внутренне противоречивая система взглядов, что и заметил автор.

внутренне противоречивая система

[marik5.livejournal.com]

Замечательно, любое противоречие всегда снимается волшебными словами "такова воля Божья". Наш преподаватель диамата Р.А.Аронов на сложные вопросы всегда отвечал: "Такова диалектика природы". По слухам, он теперь преподаёт в богословской академии, так что, видимо, тоже перешёл на волшебные слова.

[maghar-ov.livejournal.com]

Да. Читать такое, одновременно формулируя собственное видение понятого и отношение к сказанному - не для средней школы провинциального городка СССР. Это ни в коем случае не в упрек автору, но в пожелание... "помягше к рабочему классу и пенсионерам".

Вера? Может я что неправильно понял, но вера в кого или во что, или кому?..

Я склонен полагаться на сложившиеся традиционные понимания и определения плюс некоторые уложения из источников вроде евангелия (которые видимо придется принимать на веру, но они уже послужили долгий период и апробированы).

[mbskvort.livejournal.com]

Ессно, "кому"
Непомню кто сказал о том что религия родилась когда первый мошенник нашел первого дурака)))

[zanuda.livejournal.com]

То ли софистика, то ли блуждание в трех соснах...

Понятно, что плохие законы и пристрастные судьи это плохо. Но открытый произвол - хуже. Если правитель/правящая группа должна выложить в открытый доступ правила игры одинаковые для всех, если эти правила должны соответствовать каким-то нормам приличия, если, в конце концов группа принимающих законы, группа правителей и группа судей как-то разнесены между собой - то многие формы произвола затруднены и даже невозможны. Не все, конечно, но многие - полного счастья нет, но жизнь становится немного лучше

[grueffelo.livejournal.com]

По сути, автор опасается, что может возникнуть правовой демократический Содом или такая же Гоморра. Мне кажется, это совершенно умозрительное опасение.

[iren-larix.livejournal.com]

На поставленные вопросы каждый человек ответит в зависимости от уровня развития своего социального сознания.

[igor-piterskiy.livejournal.com]

Я бы поставил вопрос шире: для недоразвитого общества не слишком полезны многие достижения цивилизации. До них надо дорасти.

Ходячий кодекс чести.

[rentavsem.livejournal.com]

Если максимально широко, насколько это возможно, то людям, пришедшим к осознанию, что, вроде бы и "вера(ы)" есть, но нужна ещё какая-то Вера, пора превращаться в человеков, внутренний и внешний мир которых, буквально соткан из морально-этических и пр. норм и законов, кому это ближе. Поэтому, первично отношение человека к возможности считывания, того, что во всей красе и полноте давно прописано. Отсюда, например, наказание за проступок ввиде страшной пытки - обучения чтению.

[m-vokhm.livejournal.com]

Есть некоторые логические неувязки - "этические требования в данном случае, как мы согласились, объективны" - но мы согласились лишь с тем, что большинство читателей сочтет пытки объективно недопустимыми. Ясно, что большинство граждан в пределах этноса имеет какие-то этические представления и эти представления обусловлены культурно и исторически и никак не являются объективными, а могут ли существовать объективные этические нормы - этот вопрос требует изучения и какой-либо ответ на него вряд ли можно брать за аксиому. Но это не главное в тексте. Поднятые вопросы действительно очень важны и в сегодняшней российской ситуации настоятельно требуют ответов. В то же время ответы на некоторые из поставленных в конце вопросов формально существуют и даны в конституции -
1) Народ.
2) Избранные народом представители и назначенные этими представителями должностные лица.
5) По результатам выборов. Механизмы более или менее прописаны в законах и ведомственных актах.
По этим вопросам проблема, кажется, не ответах на сами эти вопросы, а в том, как практически привести реальность в соответствие с этими ответами.
А вот третий и четвертый вопросы, кажется, остаются пока без ответов и более того, скрывают под собой другой вопрос, не поставленный в статье явно - вопрос об универсальной ценности принципа демократии. Ясно, что фактически условные "этические нормы большинства" и "ценности, разделяемые большинством" являются объектами манипуляции, осуществляемой властью и отчасти бизнесом через посредство множества разных механизмов - TV, реклама, сами действия власти, формирующие представления о нормах поведения и т. д. Однако если представить себе, что редакционная политика демократически формируется большинством зрителей, то нарисовавшаяся в воображении картина окажется куда мрачнее реальности. Тут важны цели и критерии. Если исходить из ценности устойчивого развития общества, то в механизм определения содержания этических норм должны быть, очевидно, включены какие-то элементы экспертизы, аристократии - нормы должны устанавливаться не большинством, а наиболее мудрыми и достойными. Я сознаю, что в контексте нынешнего политического мэйнстрима это звучит неполиткорректно, но проблема, на мой взгляд, существует объективно и закрывать на нее глаза не следует.
Ну и вопрос о содержании норм, их формировании и санкциях при их нарушении - это вопрос, скорее, о механизмах, он остается открытым и требует дискуссии.

«Rule of law and not of men»: «власть закона, а не людей»,

[mbskvort.livejournal.com]

Мне кажется,проблема в том,что Западная система ценностей базируется на Римском праве.
Вместе с тем существует и другой подход восходящий к Древнему Китаю и его Легизму-Закон един для всех,кроме императора.
Но для его реализации нужен мудрый император,а вот с этим возникают всё время проблемы.Конфуцианство частично решает их,но вцелом получается как-то не очень.
Так что прав Киплинг:Запад есть Запад,Восток есть Восток.

[monogatarist.livejournal.com]

Про суд присяжных вы забыли?

[grueffelo.livejournal.com]

Подобные рассуждения мне напоминают размышления, кажется, Молотова, о том, что бороться с идеологией (имелся в виду фашизм) военной силой - нонсенс. Практика же показала, что:
1. Бороться с идеологией фашизма эффективно можно только насилием;
2. Она таки может быть побеждена ковровыми бомбардировками, оккупацией и пр.

Я думаю, это вопрос целеполагания. Допустим, вы хотите установить мафиозное государство, в котором пытки станут обычным делом (перевернем картинку). Станете ли вы задаваться вопросами:
(1) Считают ли наши сограждане, что в конечном счете можно создать гармоничное общество, в котором не используются пытки?
(2) Кто является высшим моральным авторитетом для наших сограждан?
(3) Может ли сохранять власть (пусть даже частичные и ограниченные властные полномочия) человек, не применяющий пытки? Например, может ли в государственной школе работать учителем человек, осуждающий пытки в полиции — не говоря уж о работе на полицейских должностях?

И пр. Нет, если вы собираетесь узурпировать власть, вы будете действовать, как Сталин:
1. Разошлете циркуляр о необходимости пыток.
2. Введёте пытки в постоянный обиход карательных органов.
3. Табуизируете определенным образом тему пыток.
4. Вместе с тем установите культуру пыток, правила и пр.
5. Наказания будут возможны за нарушение правил пыток, но не за сам факт пытки.

Как можно вообще что-либо менять в государственном устройстве, опираясь на мнение граждан, которое меняется на противоположное в течение недель?

Re: Практика же показала, что:

[eugene naumovich (from livejournal.com)]

практика показала, что в III Рейхе был нацизм. Практика показала, что III Рейх разнесли в клочья, а нацизм сохранился. Тов.Молотов очень хорошо знал, о чем говорил. Нацизм, собственно, обломали в Нюренберге- предъявив всю его мерзость в натуре и тем отвратив от него людей. Но и тогда не искоренили и не победили- сугубо вышибли из политического мейнстрима. С фашизмом же (который был в Италии) ещё хуже, эта музыка будет вечной до тех пор по крайней мере, пока нацистов будут называть фашистами.

[repin.livejournal.com]

Вопрос: «Власть закона или власть людей?» – безусловно, глупый вопрос, так как законы пишут люди. Глупый вопрос нечего и обсуждать, но ему посвящены две трети статьи Кузнецова. К этому глупому вопросу обращён и заголовок статьи. Но не все считают этот вопрос глупым, поэтому его старания, будем надеяться, не напрасны. Более того, по этому вопросу Кузнецов приобрел сторонника в моём лице.
Перейдём к умному вопросу: «Какие законы справедливы, этичны, моральны, а какие – нет?»
Это, действительно, очень серьёзный вопрос, над которым люди бьются уже тысячи лет. Посмотрите, например, у Ксенофонта разговор Алкивиада с Периклом. Было бы смешно ждать ответ на столь древний вопрос в такой короткой статье. Тем более что в вопросах права, справедливости, этики, морали (для меня всё это в первом приближении – синонимы) мы не продвинулись вперёд со времён древних греков. Наоборот, мы создали массу глупых традиций, которыми придавили то, что предшественники вырастили ещё в античности.
Мне кажется, что в обсуждении умного вопроса Юрий Кузнецов пошёл не в том направлении. Он говорит о каких-то «объективных этических требованиях». Но критерием справедливости, этичности (напоминаю, для меня это синонимы) является человеческая душа, а по отношению к душе мне трудно применять прилагательное «объективный». Закон, по-моему, это попытка донести словами чувство справедливости, живущее в душе. Трудно ожидать справедливых законов от косноязычных законодателей.
Показателен и пример с пытками в полиции. Я сторонник справедливости, а не доброты и свободы ко всем без разбору. Бывают случаи, когда опасных преступников нужно пытать, чтобы быстро добиться от них сведений, от которых зависит жизнь многих людей. Доброта к преступникам в некоторых случаях преступна. За доброту к преступникам часто и не любят либералов. Подавляющее большинство избирателей голосуют против добрых к преступникам либералов, извлекая представление о справедливости из собственной души, а представление о либералах из статей, подобных статье Кузнецова.

Душа есть объект воздействия.

[mbskvort.livejournal.com]

" Но критерием справедливости, этичности (напоминаю, для меня это синонимы) является человеческая душа, а по отношению к душе мне трудно применять прилагательное «объективный». Закон, по-моему, это попытка донести словами чувство справедливости, живущее в душе."

Традиционно высмеиваемая вера народа в "доброго" царя,который защитит от "злых" бояр объективно отражает то,что народ на своей шкуре почувствовал,что зло от первого,гораздо меньше зла от второго.Этот печальный выбор из двух зол сопровождал выживание народа на протяжении поколений и формировал его психологию.

Объективным критерием является эффективность выживания в смысле естественного отбора.

[sterh07.livejournal.com]

Для более полного видения основной сути Права и Закона через призму Нравстенности, рекомендовал бы ознакомиться с таким многогранным явлением как "Адыгэ Хабзэ"-Адыгская Хабза.

[rawich.livejournal.com]

Что такое "господствующее мировоззрение наших граждан"? Какой процент граждан должен разделять это мировоззрение, чтобы оно было господствующим? Кто будет определять этот процент?
Что значит, что гражданин "разделяет данное мировоззрение" -- готов за него проголосовать, готов выйти на разрешённый митинг, готов ради него участвовать в вооружённом конфликте?

[buravstakane.livejournal.com]

(Имхо) сложность трактовки является отражением сложности трактующего.
Не то чтобы вопрос был очень прост, но вряд ли его разъяснит привнесение лишних сущностей.

" Один из вариантов перевода и истолкования — «верховенство права» — предполагает, что имеется некий объективный, не зависящий от людей и их законотворческой деятельности набор норм («право»)"
- почему непременно "объективный, не зависящий от людей"?
При выборе этого варианта говорящий акцентируется на сущности понятия "право". Предписанное "свыше" право должно автоматически получать верховенство.

Другой вариант - "«власть закона, а не людей», т.е. и индивиды, и организации, и государство должны подчиняться закону, а не произвольным действиям отдельных людей или групп людей"
- акцент на "верховенство", где "право, или закон" - одна из сторон, которая может подчинять себе или нет. Здесь важно не содержание "права", а его функция: "Будучи построенной, такая система отношений «установит единые правила игры» и, тем самым, обеспечит максимально возможные свободу и справедливость."

"люди, которые так говорят, верят в существование некоего нечеловеческого существа, наделенного сознанием, волей и авторитетом, чтобы править людьми"
- а вот это ниоткуда не следует.
Есть, например, устойчивый оборот "государственная машина". Иногда даже подчеркивается: "бездушная". Этой "машине" можно "попасть под колеса", или "угодить между жерновами", в зависимости от направления фантазии говорящего; но вряд ли при этом "государственная машина" наделяется "сознанием, волей и авторитетом". Любит ли тебя твой автомобиль?:)

"придется признать, что закон или институты — это результат выбора и деятельности людей"
- ну и замечательно, что в этом плохого?
Закон - это зафиксированная, кодифицированная общепринятая норма. Источником общей нормы являются индивидуальные нормы участников общества. Источник индивидуальной нормы - традиции, авторитеты, и их адаптация к современности силами конкретного человека.

"...любой сведущий правовед или историк права на многочисленных примерах покажет, насколько широкие возможности для произвольных действий есть у людей, осуществляющих власть..."
- разумеется; идеальных систем не существует.

"Да, сфера произвола и формы его осуществления у современных судей, президентов, министров и парламентариев иные, нежели у королей и феодалов."
- важно не то, что различны сфера и формы; важно, что возможности произвольных решений существенно сузились.
То есть, произвол введен в рамки, и решения максимально приближены к соответствию общепринятой норме.
И "сведущий правовед" расскажет о "произвольных" решениях - не соответствующих норме - именно как о курьёзах.
В идеале, законодательная база должна совершенствоваться с целью устранения этих несоответствий.


И далее автор объясняет связь между правом, властью и этическими нормами общества.
Мне кажется, разница между ними существенно более необъяснима. Если "право" - формализация "этических норм", а обсуждаемое "верховенство права" означает, что "власть" действует в соответствии с "правом" - откуда берётся разница?
Думаю, что ответ на этот вопрос составил бы статью сравнимого объема.

Ответы на "фундаментальные" вопросы "идеальной"(взятой вне реальности) правовой системы:

1) Источник ключевых этических предписаний человека? - спросите у самого человека, кто был его источником:)

2) "на каком основании получает полномочия осуществлять публичную власть" - на основании закона, не противоречащего этике и логике.

3) "Каково содержание ключевых, объективных этических норм или предписаний?" - в качестве "ключевого объективного" достаточно "золотого правила этики". Менее ключевые и субъективированные "национальными особенностями" - дискуссионны.

4) Санкции за нарушение - в соответствии с законом ("идеальным", конечно).

5) "Как именно осуществляется передача властных полномочий" - разве это не процедурный вопрос?


Финальный вывод - "придется убедить наших сограждан принять соответствующую систему ценностей" - мне кажется в принципе неверным. Неуважение к закону во многом есть следствие его основанности на навязанных ценностях. Хотя это не единственная причина.

хороший критический анализ

[137xyz.livejournal.com]

Поздравляю, Вы провели хороший критический анализ. Статья мне тоже не понравилась, прежде всего, из-за непрофессионализма автора. Кузнецов, похоже, не знаком с историей права, не знает о правовых системах Ликурга, Солона, Платона, Аристотеля и далее по списку, вплоть до системы, действующей сейчас в Европе. Все его проблемы высосаны из пальца, вопросы поставлены некорректно, изложение сумбурное.

Проблемы Кузнецова начинаются с элементарной ошибки толкования выражения «rule of law – верховенство закона», что в Римском праве понимается однозначно: «Пусть рухнет мир, но свершится правосудие». Он же приплел к этой прозрачной для правоведов-практиков сентенции трансцендентную идею о «некой объективной, не зависящей от людей и их законотворческой деятельности набор норм». Автор, наверное, забыл, что все абстрактно-идеалистические построения Гегеля давным-давно похоронены европейской правовой наукой. Проблема соотношения морали и права тоже решена, хотя лично мне, дилетанту, полезно было еще раз задуматься на эту тему, чтобы уяснить некоторые общеизвестные истины. Хорошая статья подавляет, плохая – окрыляет нас и вдохновляет на творчество.

Вечный вопрос

[sf2121.livejournal.com]

Есть в мат. логике такая теорема Геделя, довольно сложная.
Но вывод смысловой такой:
Любая система аксиом, достаточная для описания сложных процессов, будет либо неполна, либо противоречива. Неполная система — означает, что в системе можно сформулировать утверждение, которое средствами этой системы нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Противоречивая — возможно сформулировать утверждение, которое средствами этой системы можно и доказать и опровергнуть.
Т.е. можно одновременно доказать и А, и не А.
Вот в поставленных вопросах мы и сталкиваемя с такой проблемой.
Нельзя решить однозначно и навсегда. Приходится ориентироваться
в динамических условиях.

мудро

[kabud.livejournal.com]

і точно

[verum-corpus.livejournal.com]

В нашем населении сосуществуют безбожники с верующими, сторонники права на жизнь с противниками запрещения абортов. Эти компоненты народа видят друг в друге обезьян или людоедов и едва сдерживаются от желания перейти к физическому выяснению отношений.

Кто, кроме словоблуда, может рассуждать о том, чтобы в такой ситуации найти этические точки, общие для всех?

Право - это ни что иное, как общий дом, в котором как-то сосуществуют с трудом выносящие друг друга сограждане.

[zebra24.livejournal.com]

я-бы сказал, что закон это "как-бы общий дом".

... не до ценностей высокого порядка.

[bv-potapov.livejournal.com]

Если даже полностью согласиться с автором этой статьи, то вот это :
"После того, как ответы на эти вопросы будут даны, на следующем шаге придется убедить наших сограждан принять соответствующую систему ценностей"
это , как мне представляется, является пока несбыточным.
Я думаю, что определенная группа людей, имеет возможность ответить на эти вопросы и .... ,допускаю, что даже сможет донести эти ответы для большинства сограждан …
Но знание этого ( согражданими) это еще не есть понимание , переросшее в убеждение.А без этого , грубо выражаясь, ребятам пришедшим во власть на грязной волне «верховенства закона» и « законов», написанных ими или под их понимание , очень просто остановить , или даже запретить, всякие ,даже пока законные, попытки донести
до сограждан эту систему ценностей.
Правда имеется возможность пойти более простым путем, я имею в виду, через
партийные структуры, но пока там тоже, как говориться , не до ценностей высокого порядка.

[marina-herriott.livejournal.com]

Трудно понять, почему автор искажает уже определённое в Википедии, приводя варианты, тут же критикуемые самим, и не развивая общепринятое понимание - все равны перед законом.
И в результате, всё встало с ног на голову - "придется убедить наших сограждан принять соответствующую систему ценностей".

мораль=этика=симметрия прав!

[zebra24.livejournal.com]

"Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди имеют одинаковые(симметричные) права"

Вообще-то равенство прав следует из идей банальной симметрии:
если кто-то убивает его можно убить, если кто-то крадёт у него можно отбирать.
В либертариантском идеале общество договаривается о минимальном наборе прав, защищаемых коллективно, а нарушителей этого набора приструняют коллективно и СИММЕТРИЧНО, лишь отвечая на агрессию со стороны преступника, но не инициируют агрессию, как многим кажется.

Вопрос ВЛАСТИ это не вопрос того, что кому-то даны полномочия, это вопрос восстановления симметрии для тех, кто считает какое-то право других выдумкой, согласно его-же представлениям не существует этого права и наказание не является нарушение отсутствующего права преступника.
Именно это и есть либертарианский минимум права и государства.
В этом главная функция государства, которая была подменена лживыми и корыстными правителями, философами и политологами.

Все требования к современной юстиции -
доказательная база, адекватность наказания, право на защиту - логично следуют именно из идеи не инициации агрессии.

Идея о равенстве прав самодостаточна и самоочевидна, наличие творца или государства для этого даже не является необходимым.

Re: мораль=этика=симметрия прав!

[(Anonymous)]

Без религии недоказуемо само существование базовых прав человека, а тем более их симметричность (равенство). Даже тело человека устроено несимметрично, о чём некогда напомнил плебеям Менений Агриппа. :) Не являются равными и способности различных индивидуумов - как физические, так и умственные.

Существует некая давняя традиция, например, не лжесвидетельствовать перед судом? Так завтра появится некий завоеватель и в своих интересах традицию эту переменит.

[alexej schmidt (from livejournal.com)]

Интересные рассуждения.

У Патриарха Кирилла была сравнительно недавно лекция на эту тему в МГУ, в ней он буквально на все данные вопросы ответил. От первого до последнего. Жаль, что т.н. демократов взволновал сам факт данной лекции, а нее ее содержание.

Кстати, те же самые тезисы я нашел у кардинала Ратцингера (Папы Римского) в книге "Werte in Zeiten des Umbruchs".

[monogatarist.livejournal.com]

Ничуть не удивляет, что один демагог ответил на все вопросы другого демагога.

[tuserus.livejournal.com]

У нас не только дефицит институтов. У нас дефицит людей с современным западническим мировоззрением. Дефицит институтов - лишь следствие.

Вот простой пример, - в 90е годы была демократия. Ну какая уж была. Выборы, многопартийность, - по ряду параметров лучше, чем теперь. Демократия - это власть народа. И как народ (точнее - население) распорядилось этой властью? Выбрало Путина. Это был выбор в пользу совка и против демократии. Потому что если людям, которые хотят совка, а не демократии дать возможность выбора, то они выбирают совок, а не демократию. Что и произошло.

Институты - вторичны. С таким населением никакие институты не помогут. Мировоззрение надо менять.

http://tuserus.livejournal.com/13978.html

И как население распорядилось этой властью? Выбрало Пу

[marina-herriott.livejournal.com]

Путина-то Ельцин выбрал, а не народ.
Вопрос - как вышло, что народноизбранный Ельцин узурпировал власть?

/Мировоззрение надо менять/
Очень интересно :-)
Если уж не весь процесс замены, то раскройте хотя бы, каков предполагается первый шаг в направлении промывки сознания?

Да здравствует корпоративизм

[137xyz.livejournal.com]

До свершения Французской революции источником верховной власти считался Бог, который свои полномочия осуществлял через монарха и распространял на народ, лишенный всякой власти. После казни Людовика XVI, под влиянием французских философов, главным образом, Руссо («Общественный договор»), властная пирамида перевернулась. Произошла десакрализация монарха и, таким образом, развоплощение Бога. Теперь источником верховной власти стал считаться народ. Исполнительные, законодательные и судебные органы трудятся во благо народа.

Но здесь возникла новая ценностная дихотомия. Благо для кого – для коллектива в целом или для отдельного человека. Если рассматривать идеальный случай: свободу для индивида (либерализм) и справедливость для коллектива (коммунизм), то обе системы оказываются нежизнеспособными, государства периодически сотрясаются бунтами и революциями. В современной Европе господствует корпоративизм. Принципы корпоративного законодательства, выкристаллизовывавшиеся в течение всего минувшего века, на сегодняшний момент неплохо разработаны. За корпоративным правом, как наиболее прогрессивным государственным устройством, в конце концов, последует и Россия.

Таким образом, в свете вышесказанного на первый вопрос (кто является изначальным источником авторитета публичной власти) нужно ответить: народ, представленный через систему независимых корпораций. Все прочие вопросы не являются принципиальными. Они получат ответ либо в ходе общенародного референдума, либо в постоянной работе представительного органа, т.е. парламента. Проблемы, возникшие сегодня в России, невозможно решить путем теоретизирования на почве абстрактного права, на что надеется автор статьи. Этические понятия, как и религиозные, должны быть выведены за рамки права.

за рамки права

[marik5.livejournal.com]

Свобода искать информацию - это не этическое понятие? А защита от клеветы? А семейное право? Этика вездесуща.

[blyag.livejournal.com]

Юрий Кузнецов молодец, на пальцах рассказал то, что я не знал даже как и сформулировать, но в глубине души знал.

Вы правы

[kabud.livejournal.com]

именно так распознается истина

когда возникает ощущение- что всегда знал сам.